Зачет по любви
Богатые красивые мужики влюбляются в невзрачных секретарш только в книжках и романтических комедиях, поэтому меня очень напрягает тот факт, что влиятельный продюсер Макс Кашнов заметил мое существование. Нет уж, спасибо, я бы прекрасно обошлась без этой радости. Во-первых, я не планирую попадать на телевидение через постель. Во-вторых, мне пофиг на его деньги. И в-третьих, и в самых главных, я не интересуюсь мужчинами старше себя. Вот только, когда он смотрит на меня своими золотыми тигриными глазами, я моментально глупею и забываю обо всем. И про возраст, и про статус, и про красную сигнальную лампочку интуиции, которая с самого начала мне говорила, что во всей этой истории явно что-то не так...
– Да вы шутите? Нет, вы издеваетесь? Серьезно?
– Ну да, – улыбнулась я. – Без всякого торжества, просто пошли и расписались.
– И тебе не обидно, Лик? – полюбопытствовала Дина. – Разве тебе никогда не хотелось белого платья и всей этой красоты?
– Неа, – лениво ответила я. – Мне просто хотелось встретить своего человека. Такого же двинутого, как и я. И у меня это, кажется, получилось.
– Папа не двинутый! – возмутился Илья.
– Не скажи! Он ведь женился на Лике, – живо возразила Дина. – А это кое о чем говорит! И еще он с парашютом прыгал.
– Пап! Правда что ли прыгал? Ты не говорил!
Макс ухмыльнулся и прихватил меня за талию.
– Илюш, я тебе много чего не говорил. Да и ты мне вряд ли все рассказываешь, правда? Ладно, ребятки, оставим вас тут в приятном уединении. А мы, пожалуй, прогуляемся. Вон до того лесочка.
– Ага, подышим свежим воздухом, – понятливо закивала я, и мы с Максом в обнимку зашагали туда.
Похоже, что секс у нас все-таки сегодня будет! Причем в пикантных, практически экстремальных условиях, что меня лично очень будоражило.
– Макс, а Макс, – горячо зашептала я, когда он прижимал меня к березе и задирал мне платье.
– М?
– А ты точно продюсер? Меня точно снимут в твоем фильме?"
"И мы оба громко заржали, спугнув с соседнего дерева какую-то ворону.
Главное ведь что в семейной жизни? Найти человека, с которым ты четко совпадаешь всеми своими отбитыми краешками. Мне кажется, это и называется счастьем."
















