Заклятие – (не)покорная для бывшего (СИ)

Ломать авторитет своей женщины при слугах было глупо, учитывая планы. Запугала она здесь всех знатно, стоило оставить это как есть. Сделала выводы, судя по составу участников. Луж крови не наблюдалось, значит просьба не убивать худо-бедно была исполнена. С покорностью предстояло разобраться позже.

– Дорогая. – обратился он к своей рабыне, надеясь, что она все правильно поймет и подыграет. – Сколько штраф за убийство простолюдина у семьи Луцерос?

Беатрис фыркнула, демонстрируя бешенство.

– Мои родные часто пользовались своим правом, поэтому он довольно высок.

Не хотелось бы тратить столько. Ты говорил, что я скоро стану Арьянми, у вас намного ниже штраф. Можно я буду держать ее в подземелье и пытать, а убью, только когда получу твое имя, ну чтобы сэкономить?

Эритар еле сдержался, чтобы не заржать. Подыграла, так подыграла.

Служанка бросилась ему в ноги с рыданиями.

– Господин, меня окрутили! Умоляю, позвольте все рассказать! Умоляю, позвольте рассказать все вам! Простите, что я оскорбила вашу невесту! Я все неправильно поняла! Умоляю! У меня маленькая сестренка на руках. Мы сироты!

– Она лжет как дышит, – заметила Персида, не покидая своего убежища на табуретке.

– Никакие они не сироты. У них есть бабушка и дядька.

Беатрис протянула к ней руку и зеленые вихри снова пришли в движение.

– Я поговорю с ней первый, – решил хозяин.

– Но ты же сказал! – капризно заныла Беатрис. – Мы же договорились!

– Если мне что-то не понравится, она твоя, – улыбнулся своей женщине Эритар. – Остальные ждут меня здесь. Разговоры запрещаю.

Его рука очертила сложную фигуру в воздухе и трое слуг с ужасом поняли, что потеряли возможность говорить.

– Беатрис, ты идешь со мной.

Она кивнула и улыбнулась.

Побег

Антари закончил обыск в квартире. Ничего особенного не нашел, кроме порции глубокой печали. Здесь Беатрис ласкала его, обнимала и целовала. Когда приходил, обязательно бросалась на шею и улыбалась. У нее так лучились глаза, а он никогда не мог ее сразу отпустить. Бежит ли она также к Эритару? Или у них все иначе?"

"Антари никогда не спрашивал, какими были эти отношения. Беатрис бы не позволила. Об Эритаре она не заговаривала сама и не поддерживала бесед.

Сомкнутые губы, резко переложенные вещи, нетерпеливые вздохи и особо жгучие взгляды – эта реакция не способствовала желанию задавать вопросы.

Он обошел квартиру, вышел на балкон, потом вернулся на кухню, влез в холодильник, налил кофе. Это давало ему чувство ложного контроля. Вроде бы как он тут живет, знает, где лежит сладкое, имеет собственную чашку.

Дверь хлопнула, заставляя его застыть как преступника. Это Эритар? Беатрис? Ее приходящая служанка? Кто мог прийти?

Осторожные шаги все же было слышно.