Заклятие – (не)покорная для бывшего (СИ)

Нашу свадьбу пришлось отменить. Я просто искал ее.

– Хочешь сказать, что не знаешь, где твоя девчонка? Решил нагло врать мне в глаза?

Мужчина жестом велел поднять пленника. Его прислонили к стене, впечатывая магией, чтобы расслабленное тело не грохнулось на пол.

– Еще ни разу не убивал члена высокой семьи. Мобанары удивятся, потеряв младшего сына. Ты знал, что штраф за убийство не обязательно платить, если не оставляешь следов?

– А в чем же смысл? – спросил Антари. – Мертвые не отвечают на вопросы. Если это была угроза, то сработала она неважно. Я всегда относился к трусам с презрением.

– А к боли тоже с презрением? – босс резко переместился, всаживая в тело Антари сияющую иглу. Она прошла насквозь, вызывая нечеловеческий крик. Тут же такая же игла прошила его плечо, вонзилась в бедро, упираясь в кость.

– Где Беатрис? Ты успел поиметь ее, женишок?

– Я не знаю, где она, – Антари провыл эти слова. Боль сводила с ума. Она не прекращалась, не давала отдыха. Все точки нестерпимо жгло. Мерзко было оттого, что хотелось сдаться. Назвать имя Эритара и перенаправить гнев садиста туда. Но под ударом будет и Беатрис.

Чтобы не произошло между ними, а ей грозила реальная опасность. Антари представил, что на его месте она. Полные слез женские глаза, нестерпимая жестокость. Плевать, что бросила, плевать, что с другим, такого допустить нельзя."

"– Значит не хочешь облегчить ощущения, – вздохнул голос из морока. – Жаль. Глупо. Влюбленность проходит. Женщины с каждым годом подрастают новые. Может быть тебе предложить готовый гарем? Пять девушек, жаждущих облизать тебя с ног до головы, покорных, милых, подставляющих свое тело для ласк с радостью.

– Мне бы найти Беатрис, – простонал Антари.

– Продолжаешь упрямиться, – главный потрепал его по щеке. – Хорошо. Давай попробуем выяснить, насколько ты ценишь возможность оставаться мужчиной. Это же важно, правда? Если я кое-что тебе отрежу, каков шанс, что это успеют прирастить в лучшей клинике нашего города?

Антари почувствовал тошноту и ужас. С ним не шутили. Надо было срочно что-то делать. Парализующее заклятье почти покорилось, но был один момент. Пока тело висело, подчиняясь удерживающей магии, боль была внутри. Антари не выражал ее, ни дрожью, ни судорогами, ни конвульсивными движениями.

Как только он разобьет узы, тело выдаст его. Невозможно терпеть энергетические иглы без проявлений. Во рту разливался металлический привкус. Мужчина так сжал зубы, что почувствовал хруст эмали.

– Где Беатрис? – еще одна игла.

– Не знаю!

– Где она? Ты трахал ее?

– Да почему это важно? – взвыл Антари, распуская туман.

Он потрудился, чтобы тонкие полоски осторожно ползли по стенам в тенях. Затравленно закрыл глаза, давая мучителю удостовериться в полной деморализации.