Закон ученого

Убийца тот, кто целится и нажимает на спусковой крючок.

– Удобно, – хмыкнул Бесконечный. – Если дальше углубиться в болтологию, то и стрелок не убийца, ведь вся вина поражения цели лежит на пуле. С нее и спрос.

– Сейчас не время выяснять, кто на этом свете самый матерый мерзавец, – заметил я. – Грета права, репликантов надо остановить.

– А еще неплохо было бы остановить этого профессора, пока он не наплодил новых чудовищ, – заметил Циркач.

– Академика, – машинально поправил я, думая о своем. А именно – что я вряд ли смогу хладнокровно поубивать своих друзей.

И не хладнокровно – тоже.

Я слишком хорошо знал, что представляют собой существа, воссозданные из клеток убитых.

Это не копии и не какие-то другие люди или мутанты.

Это самые настоящие мои друзья. Захаров слишком круто преуспел в возврате мертвецов с того света, чтобы я мог убить тех, с кем меня связывало слишком многое. И в том, что это именно они, у меня не было ни малейшего сомнения. При всех своих отрицательных качествах Захаров имел одно несомненно положительное: он всегда держал свое слово. И сейчас он тоже сдержал его – правда, не совсем так, как я рассчитывал.

Но тут уж ничего не попишешь: связываясь с джинном из лампы, Монументом или Захаровым, нужно отдавать себе отчет, что твои желания они выполнят не так, как ты рассчитывал, а так, как они сочтут нужным их выполнить.

– Думаю, Циркач прав, – сказал я. – Нужно прежде всего устранить причину проблемы, а уже потом бороться с ее следствием. Настало время навсегда остановить академика, тогда и мир завоевывать будет некому.

– Согласен, – кивнул Бесконечный, поудобнее перехватив автомат невидимыми руками.

 – Ну чего, пойдем, что ли? Вправим мозги этому безумному гению!

* * *Захаров проснулся от того, что у него затекла шея до полного онемения. Академику даже приснилось, что ему отрубила голову какая-то жуткая механическая гильотина с бессмысленными паучьими глазами, а от такого не захочешь – очнешься. Неудивительно, кстати. Известно, что мозг во сне переиначивает мысли и впечатления дня на свой лад, после чего прилежно трансформирует их в кошмары.

А какие еще могут быть сны после просмотра видеотрансляции с налобной камеры Кречетова о том, как отряд репликантов бьется в Чистогаловке с толпой чудовищ?

Правильно, только такие.

Открыв глаза, ученый обнаружил себя в неудобной позе – сидящим в кресле и положившим голову на скрещенные руки.

– Понятно, – проворчал он, разминая задеревеневшую шею. – Опять отрубился за рабочим столом. Надо или трудиться поменьше, или кофеина употреблять побольше. Кстати о кофе. Грета, завари-ка мне чашечку, да покрепче.

Ответом ему было молчание.