Замок на двоих. Королева неблагого двора

Я пришла посмотреть на вас. Просто посмотреть на фейрийских королишек при всем параде – в последний раз…"

"– Моара, раз ты начала этот разговор в столь непринужденном, так сказать, стиле, то, пожалуй, продолжим в нем же.

Оберон махнул рукой, и воздух на мгновение подернулся рябью, после чего между нами и фоморкой возник довольно большой круглый стол, окруженный мягкими креслами. Вот все же любят фейри комфорт. В любых обстоятельствах…

– Будем откровенны. Ты пришла сюда потому, что, так же, как и мы, беспокоишься о содержимом знакомого нам всем кургана Тамлехт Муинтре Партолайн. – Благой король протянул руку, указывая на могильник: на случай, если кто без дополнительных подсказок не понял.

– И это тоже, – кивнула Моара и все же подошла к столу.

Отодвинула первое попавшееся кресло, уселась и закинула на гладкую, лакированную поверхность ноги в потасканных ботинках. Откинулась на спинку, обвела взглядом молчащих фейри и расхохоталась.

– Не переживай, Благой поганец, ничего, кроме откровений, ты от меня и не услышишь! Домну, ну у вас и рожи! Одно удовольствие смотреть. Что, остроухие уроды, забыли о том, как выглядит варварство, с которым вы обязаны считаться?

– Забыли, – спокойно признал Кэйворрейн, первым садясь за стол напротив фоморки. – Но это неудивительно, ведь даже низшие фейри не забрасывают ноги на стол.

– Это потому, что до стола не достают. – Моара обнажила в улыбке крепкие, белые зубы с выдающимися клыками. – А я тебя запомнила, мальчик. Ты молодой король Неблагого Двора. Кажется, совсем недавно воцарился и женился на человеческом цветочке. Мне бы, наверное, даже было жалко, что твоя жизнь и правление так быстро закончатся… если бы хоть кто-то из вашего проклятого фейрийского племени пожалел нас!

Она выкрикнула это с неожиданной яростью и подалась вперед, вонзив в стол длинные ногти, которые тут же превратились в черные когти – хищные, загнутые.

Второй вариант варварского маникюрчика, м-да… А если серьезно – фоморы явно не простая раса.

– Твоя ненависть понятна, – проговорил Оберон, окутывая нас своим голосом, словно мягким одеялом. – Но сейчас она не имеет смысла. Мы пришли не за ней.

Моара рассмеялась, но ее злость не пропала – лишь ушла в глубину глаз.

– А с тобой я вообще разговаривать не хочу, – отмахнулась она. – С тобой и с этой полоумной монашкой, которую ты зовешь супругой. Ваш юный коллега удостоился моего внимания исключительно потому, что он еще не родился на момент памятных событий. Впрочем, это не помешает ему умереть, как и каждому из вас.

– Моара, я бы рекомендовала тебе выбирать выражения, – сузила прекрасные зеленые глаза Титания и села рядом с Кэйром.