Замуж в наказание (СИ)

Смотрю на него предостерегающе. Не получаю удовольствия, но и прогибаться не стану.

– Это ты кашу заварила…

– Нет. Это ты ее заварил. А хлебать мне.

– А разве не по вкусу тебе каша? Так и не скажешь...

Выдергиваю руку и отступаю. В ушах звенит обвинение.

Поворачиваюсь к Айдару. На душе гадко, но ему я улыбаюсь широко и до тошноты не по-настоящему.

Вздрагиваю, когда за спиной хлопает дверь.

Бекир ушел злой до трясучки. Я тоже теперь разбита. Зато разговор с Айдаром уже так сильно не пугает.

Под его взглядом понемногу успокаиваюсь.

Чувствую слабость, хочу присесть.

Обвожу взглядом комнату, натыкаюсь на тот же диванчик, с которого встал брат.

Не сяду. Там сильно пахнет туалетной водой, которую я так любила. А теперь это мой страх.

Айдар по старинной привычке проходит мимо к кулеру. Набирает стаканчик воды, но не ставит на стол, а протягивает. Я беру.

– Рехмет… – Поблагодарив, выпиваю залпом. Он повторяет.

Прокурору явно очень любопытны мои реакции. Не знаю, зачем, но он не отвлекается, не отводит взгляд.

Когда произносит:

– А ты не щадишь… – Я даже в ступор впадаю ненадолго. Хочется в ответ спросить, пощадили ли они меня? Но бессмысленно.

Пожимаю плечами, улыбаюсь, пусть и очевидно, что он моей легкости и не верит. У самого уголки губ точно так же наигранно дергаются вверх и снова становятся ровными.

– Вы только заметили? – Защищаясь, иду в нападение. Но мой апломб не берет прокурора. Он всё для себя понимает за пару молчаливых секунд. Как именно интерпретирует – я никогда не узнаю.

А когда смаргивает, смотрит уже по-новому. Как было поначалу. Как будто просто забавляю.

– Да нет. Сложно не заметить. Кроткая такая, а потом раз – и вспышка.

– А вы не доводите... – Произношу и сама же пугаюсь. Но это внутри. А глаз не отвожу. Айдар тоже.

– Похоже, действительно не стоит.

Мы разрываем зрительный контакт одновременно.

Айдар подходит с моим стаканчиком к мусорной корзине, а я реагирую кивком на его негромкое:

– Присаживайся.

Игнорирую диван. Не хочу чувствовать себя жалкой, утопающей в его мягкости девчушкой, которой больше всего в жизни важно прикрыть от мужа коленки. Сейчас проговариваю это описание про себя и действительно противно.

Сажусь на кресло, забрасываю ногу на ногу, ткань скользит вверх, ну и хорошо.

Заталкиваю поглубже стыд. Это делать легче, когда в крови бурлит адреналин.

Провожаю взглядом своего прокурора до рабочего места.

Обидно, но мой пакет он пока так и не открыл. Не проявил интереса.

Убеждаю себя, что это не моя проблема. Я делаю предложение, а пользоваться ли им – пусть решает сам. Но ноздри и нервы всё равно щекочет распространяющийся по кабинету запах еды. Вкусно. У самой слюнки текут. А Айдар набрасываться не спешит.