Заоблачная Академия, или Единственная для дракона

Я вздохнула, потому что пришла к Труде с таким же вопросом.

– Понятия не имею! – призналась ей. – И Винсент, мой отец, тоже не может ответить на мой вопрос. Он не знает, кем была моя мать.

– Но как такое возможно?!

В ответ я вытянула руку, показав Труде ВанСельм порядком выцветшую, но все еще заметную метку рода.

– До восемнадцати лет я не подозревала, что во мне течет кровь Росманнов. Меня вырастили другие люди совсем в другом месте. Но свиток Драконьего Призыва расставил все по своим местам, когда на моем запястье проявилась метка Сторожевой Башни.

Труде кивнула, заявив, что теперь-то она догадывается, о чем идет речь.

– Нет никаких сомнений в том, что лорд Росманн – мой отец, – добавила я. – А вот то, кем была моя мать… Винсент сказал, что меня могла родить одна из… – тут я все-таки запнулась.

Что, если Труде не подозревала о существовании остальных увлечений лорда Росманна? Этот вопрос Винсенту я так и не задала!

– Одна из нас четверых, – улыбнулась Труда, и я округлила глаза. – В конце концов мы все прознали, что Винс не был нам верен, хотя каждой из нас говорил, что любил только ее.

Она усмехнулась, но в ее усмешке не было затаенной боли или обиды – Труде лишь констатировала забавный для нее сейчас факт.

– Характер у моего отца далеко не сахар, а перец с солью, – согласилась я. – Скорее всего, моя мама сообщила ему о беременности, но ее письмо отправилось в печку вместе с остальными. Ибо лорд Росманн, по его собственным словам, несколько лет после своего ранения пребывал в некотором унынии.

Труде кивнула:

– Ну что же, это вполне в характере Винса – пребывать в таком унынии, за что его начинают ненавидеть все вокруг!

– Именно поэтому я к вам и пришла.

Решила сама разыскать ту, кто дал мне жизнь, а потом по неизвестной причине оставил меня другим людям. Вы – первая из моего списка, и у меня нет другого выхода, как только прийти и спросить об этом напрямик.

Труде задумчиво склонила голову.

– Но я не твоя мать, – произнесла она.

– Тогда кто ей мог быть?

– Думаю, либо Беа…

– Беатрис Корсон?

– Да. Либо она, либо Доминика. Потому что Викки…

– Виктория Аллен?

Труде кивнула.

– Викки героически погибла в самом начале войны, еще до того, как подошел бы срок родов.

Я слышала об этом… Ее имя выбито на обелиске в Траде в память о тех, кто ценой своей жизни уничтожил первый из Алтарей Проклятых.

– Получается, вы с ней были дружны?

– Нет, но я знала и ее, и остальных. Викки училась на факультете Всадников и больше водилась с Беатрис, тогда как Домми… Доминика была моей подругой с самого первого курса Боевой Магии. После окончания Академии она сделала головокружительную карьеру при дворе. Поговаривают, если бы король не оказался женат, то быть Доминике королевой.