Запрещаю тебе уходить

– Раз ты стал чёрной дырой, может, причина в тебе?

Он сделал глоток и после этого повернулся. Опёрся о подоконник.

– У меня было всё: друг, карьера, бабы, чёрт подери, – новый глоток, мрачная усмешка. – Я чётко знал, чего хочу и как этого достичь. И тут ты…

– И что я? Помешала твоим грандиозным планам? – поинтересовалась я с досадой.

Можно было бы подумать, что он выпил лишнего, но нет. Взгляд его был жёстким и совершенно трезвым.

– Из-за тебя всё пошло кувырком.

– Да? – у меня вырвался циничный смешок. – То есть кресла мэра тебе мало? Ты метил в президенты? Или что?

Он не ответил.

Пригубил коньяк. Мне стало неуютно. Мне казалось, что вокруг меня сгущается тьма. Беги не беги, деваться некуда. Хотелось отступить, броситься прочь. Но я стояла, как прикованная, и смотрела на Женю.

Он отпил ещё немного коньяка.

– Все эти грёбаные пять лет, Настя, я пытаюсь избавиться от собственной бездны. Но не выходит. Что бы я ни делал, в неё продолжает затягивать всё без разбора.

– Так при чём тут я?

Он лениво подался вперёд. Не успела я отступить, поймал за платье и заставил подойти. Так же лениво, небрежно, поставил стакан рядом с собой.

Дотронулся до моей скулы, до уха, обрисовал его, серёжку в мочке. Я было отвернулась, но он подтянул меня ещё ближе.

– Нет, Жень, – поняв, что он собирается сделать, упёрлась я ему в грудь.

Сопротивление он сломал, как пересохшую тростинку. Развернул меня. Теперь я оказалась спиной к подоконнику, он – напротив.

– При чём тут ты? – голос его прозвучал неожиданно сипло. – Ты – моя персональная точка необратимости. Что бы я ни делал, всё возвращается к тебе.

Пальцами он коснулся моей щеки. Я опять попробовала отвернуться, но он удержал мою голову.

Его тёплое дыхание щекотало мне губы, и я чувствовала запах коньяка с шоколадными нотками.

– Нет, – выдохнула я, всё ещё стараясь отстраниться.

Он прижал меня бёдрами. Пах его был напряжённым. Желание ещё не перешло грань, но я понимала, что до этого всего-ничего. Он тоже понимал это. Губы его скользнули по моей щеке, по уголку рта.

– Не сопротивляйся, – прорычал он. – Это не имеет смысла.

Похожий на укус поцелуй. Зубами он прихватил мою нижнюю губу, сильнее сжал голову и придавил меня к окну.

Это и правда не имело смысла. Я рванулась в последний раз и сдалась.

Застыла, не желая подчиняться, но ему и не нужно было моё подчинение. Пропустив мои волосы сквозь пальцы, он отстранился на какие-то сантиметры. Очень внимательно посмотрел в глаза.

– Прости, – сказал он и убрал руку. Взял стакан и отошёл от меня.

Я окончательно перестала что-либо понимать. В горле пересохло, сердце стучало быстро и тяжело, но почувствовала я это не сразу.

– За что?

Женя глянул на меня.

– Времени больше нет. Я не могу ждать, Настя.

– Ждать чего?

Он ничего не сказал.