Запрещенные слова. Том первый

Все его предшественники были старше пятидесяти.

И я спиной чувствую, что вся женская часть зала уже тянет к этому определенно выдающемуся экземпляру сильной половины человечества, свои грязные мыслишки.

Резник не тратит времени на любезности и не собирается устраивать вводную лекцию о командной работе и единстве. Он смотрит на аудиторию, словно командир, оценивающий состояние войска перед боем.

— Давайте сразу расставим точки над «i». LuxDrive — крупная и уважаемая компания, но в последнее время мы теряем позиции. На рынке появился сильный конкурент, и если мы не будем действовать жестче и умнее, нас обойдут.

Зал замирает. Такого вступления не ожидает никто. Вероятно, кроме меня, хотя даже после краткого разбора Амины, к такому даже я не была готова. «Генерал» нас этой парой фраз задорно отходил по щам, как зеленых.

— В прошлые годы было много ошибок, — продолжает рубить Резник. Не старается понравиться, не произносит дежурных фраз о том, какая замечательная команда здесь работает. Сразу обозначает проблему. — Отсутствие стратегии, неэффективные управленческие решения, слабый контроль. Мы стали медлительными, неэффективными и не готовы к конкуренции. Это неприемлемо. Это необходимо исправить. Я не обещаю, что будет легко, но если вы здесь, значит, готовы работать.

Некоторые сотрудники заметно напрягаются. Кто-то отводит глаза, кто-то начинает перебирать ручку в руках."

"А я продолжаю внимательно за ним наблюдать, держа руки расслабленно сложенными на колене. Анализирую, пытаюсь понять, проговаривает ли он просто заготовленную пугалку или действительно с какой-то его колокольни наш рост настолько… посредственный. Я, конечно, в отчеты финансового отдела на заглядываю, но на планерках ничего о нашем упадническом положении точно не звучало. Хотя конкурент действительно появился. Но все это уже было в прошлом году, и еще пару лет назад — тоже. Я пришла в LuxDrive пять лет назад, можно сказать, что отношусь к старожилам. На моей памяти были времена и похуже, когда конкуренты не просто существовали в сферическом вакууме, но почти что дышали нам в затылок. Я сторонник трезвого взгляда на вещи, даже где-то слегка драматического, но больше всего в своей работе я не люблю панику и «всепропальщину».

Хотя, нужно отдать Резнику должное — паники после его мрачного прогноза в воздухе не наблюдается.

Резник продолжает говорить уверенно, четко, но не повышает голос — в этом нет необходимости. В каждом его слове и так есть вес, и он знает, что его слушают.

— С сегодняшнего дня компания меняется. Будет пересмотрена вся структура управления. Останутся только те, кто приносит реальную пользу. Разговоры о лояльности меня больше не интересуют — меня интересуют результаты.