Запрещенные слова. Том первый
ДвухтомникТом первый✅«Вот зачем вы, девочки, таких красивых рожаете… — Смотрю на новенького в комбинезоне с эмблемой Elyon Motors, и мысленно качаю головой. — Вы пару часов мучаетесь, а они нам потом каждую ночь снятся».Замечаю у него за спиной кофейный автомат, иду и как бы невзначай мажу взглядом по бейджику: «Дубровский В.». Ему бы на красную дорожку, «Оскар» и речь толкать: «Спасибо моей мамуле, что я такой офигенный!» На языке уже даже шутка вертится, но сказать ее не успеваю, потому что из кармана моего пальто раздается замогильный вой мобильного.Резник, чтоб его, хотя в телефоне он у меня — «Потрошитель». Потому что «обожаемый» генеральный за неделю умудрился мне мозг выковырять. Кофейной ложечкой. Но за его божественный парфюм я ему, пожалуй, еще разочек прощу беспокойство меня в не_рабочее время. А может и нет. Оглядываюсь, но звонок не сбрасываю.Красавчик «Дубровский В» — единственный, кто не оборачивается на такой экстравагантный рингтон.Телефон на минуту замолкает и в промежуток вклинивается сообщение.Саша: Смотри, что на даче нашел.Присылает фото старой потрепанной тетради с сердечком, выведенным маркером, на полях вместо ФИО.Я: Сожги, пока Юля не нашла. Подумает еще, что ты не просто так десять лет хранишь это сочинение на вольную тему.НЕ МЖМ!
Замечает меня — и энергичным шагом идет навстречу.
Я слегка тушуюсь, когда кажется, что с размаху налетит с поцелуем, к которому в данную минуту я совершенно точно не готова. Но он просто становится рядом. Забирает из моих рук сумку, давая мне в обмен забрать его куртку.
— Привет. — Улыбается. — Я боялся, что ты в последний момент передумаешь.
Лицо у него такое, что сразу становится ясно — мы оба слегка в шоке. И это подбадривает.
Ну, типа, мы в одной лодке.
— У меня были такие мысли, — признаюсь от всей души.
— Ты же приехала не для того, чтобы сказать об этом мне в лицо? — Резник моргает, слегка обескураженный.
И как раз это расслабляет меня окончательно.
Настолько, что я рискую подойти ближе, буквально так, чтобы касаться грудью его груди — широкой и горячей, как печка.
— Нет, не для этого.
У нас перед рейсом совсем нет времени. И хоть я терпеть не могу вот такие быстрые спонтанные сборы и поездки буквально «очертя голову», сейчас это как раз то, что нужно. Потому что времени на разговоры просто нет.
И выдыхаем только в удобных креслах бизнес-класса уже в самолете.
— Мы летим? — спрашиваю немного подрагивающим после бешеной скачки голосом.
— Летим, — успокаивает Резник. Секунду медлит. Но потом все-таки кладет свою ладонь поверх моих пальцев, которыми я вцепилась в подлокотник. Сжимает совсем немного, как будто успокаивает. — Ты боишься летать?
— Нет. Просто я первый раз лечу… вот так.
— Майя, расслабься, хорошо? И перестань думать о работе. Видишь? — дергает себя за воротник свитера. — Даже я пиджак снял.
Это немного расслабляет, потому что и правда намекает на нерабочий тон нашей встречи.
Хотя, куда уж более не рабочий, если мы летим в другую страну, чтобы провести вместе праздники?
— Я сделала сводку и… — вдруг вырывается из моего рта, когда самолет набирает высоту.
— Никакой работы, — перебивает Резник.
А меня вдруг прямо потряхивает, как будто к телу подключили напряжение и пустили ток. Хочется схватить себя за колени и прижать ноги сильнее к полу — столь очевидно они отстукиваю об пол рваный ритм.
— Майя.
Я чувствую мужские пальцы у себя на затылке. Ладонь легко, но настойчиво разворачивает мою голову. Лицо Резника появляется прямо перед самым носом: слегка нахмуренное, но с глазами такими темными, каких я не видела никогда. Он секунду медлит, как будто дает мне возможность сказать «нет» или просто отвернуться — несмотря на хватку, я не чувствую себя скованной. Выбор у меня точно есть, но прямо сейчас, мне почему-то не хочется принимать никаких решений.
Хочется быть девочкой-девочкой.
Отдать руль от ситуации тому, кто рулить точно умеет.
Поэтому я просто приоткрываю губы, когда за секунду до поцелуя понимаю — мой генеральный собирается это сделать.











