Запрещенные слова. Том первый

Волосы немного распушились, и Сашка приглаживает их пятерней, пытаясь придать хоть какой-то порядок. Я помню, что так с ними всегда, когда спешит и сушит феном. С моей шевелюрой ровно то же самое, если не буду как ненормальная орудовать расческой и специальными средствами.

— Шикарно выглядишь, Пчелка, — шепчет около моего уха Сашка, пока мы оба зачем-то пытаемся делать вид, что не обнимаем друг друга. — Такая счастливая.

— Это ты еще главный сюрприз вечера не видел, — посмеиваюсь, чтобы спрятать неловкость, с которой принимаю из его рук маленькую коробочку, упакованную элегантно и со вкусом.

— Стриптизер из торта, надеюсь, выпрыгивать не будет? — Он в шутку трагически закатывает глаза.

— Обязательно будет, — делаю серьезное лицо, — а ты думал зачем брали подписку о неразглашении?

Я знаю, что Сашке важно увидеть, с каким лицом я распакую его подарок.

Я делаю это немного деревянными пальцами, потому что под вечер татуировка начала немного опухать (все, как и предупреждал мастер), хотя боли я почти не чувствую. В коробочке, на бархатной подушке — красивый кулон в форме пчелы из белого золота и с желтыми, и черными камешками.

Выглядит мило и озорно, и я сразу протягиваю его Сашке, предлагая самому поучаствовать в его надевании.

Становлюсь к нему спиной, убираю волосы с шеи.

Он немного рвано дышит мне в макушку, справляется с застежкой только со второго раза. И, пусть это длится всего секунду, я чувствую, как он проводит костяшкой пальца по моей шее, там, где начинается линия роста волос. Именно так, как делал это много лет назад, когда ему не хватало слов для нежности.

Я веду головой, вздрагивая не столько от самого телесного контакта, а от нахлынувших воспоминаний.

Слышу Сашкино хрипловатое: «Черт, Пчелка, прости…».

— Все хорошо, — улыбаюсь, но все-таки увеличивая расстояние между нами до шага. Это совсем немного для обычных людей, но для нас — почти целая пропасть. — Я эту пчелу не сниму до старости.

— Снимешь, Пчелка, — его губы улыбаются, но карие глаза остаются все такими же грустно-уставшими. — Как только у тебя появится более важное украшение.

И мы оба, конечно, знаем, о чем все эти метафоры.

Мое место за столом между Аминой и Наташей. Нам приносят меню, но я заранее согласовала сет из трех основных блюд: рибай средней прожарки с соусом на красном вине и трюфельной пастой, медальоны из телятины с карамелизированным луком, и стриплойн с кукурузным кремом и перечным соусом.

В качестве гарниров — картофельный гратен, брокколи в панко и обжаренные шампиньоны. Вино — Пино Нуар, а ещё крафтовый сидр и ледяная вода с лаймом и огурцом.

Официант, молодой парень с вытатуированным на предплечье быком — видимо, местный маскот — ловко разливает Пино Нуар по бокалам, начиная с меня.