Земля Сияющей Власти

А они доставили потерпевших на свою охотничью базу – только не эту, где сейчас находился Мамонт, – на другую, в районе хребта Хосанер, перебинтовали, кому необходимо наложили швы, сделали уколы и заперли в каменный сарай. Еще по пути Иван Сергеевич заподозрил неладное: не походили они на местных охотников своей манерой поведения, хотя тараторили между собой на хантыйском. Скорее, похожи были на «егерей», которые не один год охраняли в горах экспедиции Института. Но в тот момент Иван Сергеевич даже радовался этому – Мамонт останется недосягаемым для шведов!

Истинное лицо свое спасатели показали на следующий же день, когда развели всех по одному и начали долгие душеспасительные беседы.

Оказалось, что случайные охотники знают всю подноготную каждого пассажира из подбитого вертолета. Шведов – куда-то увезли, и Иван Сергеевич больше их не видел. Пилотов продержали на базе дня четыре, после чего тоже переправили неизвестно куда. Остался один Афанасьев, руководитель фирмы «Валькирия», которого Тойё сразу же начал перевербовывать…

Старый ходок теперь сидел возле Инги и, пока Мамонт проходил обработку у Тойё, делал ей комплименты, балагурил и целовал ручки.

Поговорить откровенно не было возможности: покорная и послушная Айога видела все. Кроме того, не исключено, что каждый угол в доме оборудован не только «ушами», но и «глазами». Они сидели, как рыбы в аквариуме. Можно было выражать эмоции, откровенно радоваться, дурачиться, вспоминать прошлое и даже ругать шведов. Мамонт ориентировался по поведению Ивана Сергеевича, лучше знавшего обстановку, и ждал инициативы от него. Афанасьев и проявлял ее, правда, пока подготовительную: мобилизовал служанку, чтобы накрыла стол, причем без всяких восточных изысков, а простой, русский в сибирском варианте – с пельменями и водкой.

Похоже, он был на этой базе не в первый раз, по крайней мере Айога его знала, улыбалась как старому знакомому и старалась угодить во всем. А Иван Сергеевич, как богатый купчина, сидел, вывалив живот, и только покрикивал, отчего Инга приходила в восторг."

"От одного стола Мамонт попал к другому. Едва выпили по первой за встречу, за возвращение с того света, как Афанасьев поманил пальцем служанку, что-то пошептал на ухо и хлопнул ее по ягодице.

Айога радостно засмеялась, пригубила из поданного ей бокала и выдвинула из угла на середину шахматный столик.

– Как она это делает, Мамонт, ты умрешь! – не выдержал он, упредив представление.

Служанка на мгновение скрылась за перегородкой и явилась оттуда в черном японском халате. Улыбка уже не сходила с ее лица. Айога грациозно взошла на столик, сбросив туфли, медленно и профессионально выпросталась из халата, и начался танец живота.