Лабиринты Ехо. Том 1

Откровенно говоря, сейчас я не простил бы этого и настоящим людям. Я намеревался убить всех, кто встретится на моем пути, а уж из какого материала вылеплены их несуразные тела – дело десятое.

Самым невероятным ощущением оставалась звенящая дрожь пространства вокруг моих рук, сладкая и мучительная одновременно. Чудовищные шипы исчезли, но я не сомневался, что они появятся вновь, как только я доберусь до первой жертвы.

Я заранее знал, какое зрелище откроется мне возле воды. И все же, когда подошел достаточно близко, чтобы разглядеть детали, у меня перехватило дыхание – это уж слишком! На светлом песке моего пляжа собралось все, что я когда-то ненавидел – бессильной, мимолетной, неосознанной, но мучительной ненавистью.

Безобразно толстые тетки в ярких купальных костюмах, с нагревшейся на солнце пищей в пластиковых пакетах и их тонконогие пузатые спутники, вяло сосущие теплое пиво из раскаленных бутылок. Малиновые от солнечных ожогов девицы в сползающих бикини, с противными кусочками бумаги на облупленных носах и их кривоногие кавалеры в тесных, вонзающихся в тело, плавках. Пьяные подростки, грузные дядечки в семейных трусах, крикливые старухи…

Я вдруг вспомнил один из походов на пляж вместе с родителями.

Мне было лет пять или того меньше, – ужасный возраст, когда уже начинаешь осознавать абсурдную абсолютную зависимость от воли окружающих тебя взрослых, а стратегия «партизанской войны» с ними еще не продумана. Ничего особенного в тот день, насколько я помню, не случилось, но вернувшись домой, я тихонько спрятался в кладовке и ревел там, в полной темноте, уткнувшись в пропахшую нафталином полу старого пальто. «Я не хочу быть большим! Заберите меня отсюда!» – повторял я сквозь слезы, обращаясь неизвестно к кому, испытывая дикий ужас при мысли о том, что дальнейшее пребывание среди этих опасных уродливых существ превратит меня в их подобие: у меня вырастет живот, побагровеет лицо, а потом… потом я, разумеется, умру – а что же еще мне останется?! Черная магия человеческого мира, мятежным Магистрам и не снилось.

– Какая роскошная идея, – прошептал я. – Не знаю, кто решил загадить мой прекрасный Мир этим человеческим мусором, но это действительно великолепный подарок: дать мне возможность убить их всех, за один присест!

А потом я учуял знакомую сладковатую смесь пляжных запахов: человеческий пот, солнцезащитный крем, крепленое вино, вареные яйца, – и окончательно утратил человеческий облик.

Это не метафора, а констатация факта. Вряд ли существо, которое вихрем носилось по светлому песку пляжа, было человеком. Его (мои?) руки, превратившиеся невесть во что, рвали в клочья розовую и шоколадную плоть. Ему, мне, нам – было чертовски хорошо."

"– Это мой мир, понятно? – орал я.