Желанная

— Когда ты ушла к нему, я ничего тебе не сказал, — произнес, между тем, Тор. — Думал, это будет тебе уроком. Но потом пожалел. Быть может, правда удержала бы тебя от ошибки.

Я молчала. Слово, сказанное невпопад, может меня изобличить. На мою удачу Тор истолковал молчание, как нежелание говорить о неприятном.

— Помню, отец изменял матери, — мужчина покосился на меня. — И бил. Ей тяжело дался этот брак. Наверное, поэтому она холодна с нами — его сыновьями. Я видел: она вздохнула с облегчением, когда отца не стало.

Наконец я начала понимать. Тор намекал на то, что Вил бил меня.

Точно он не знал, но подозревал. Я тоже была не в курсе, но не похоже, что «прежняя я» тосковала по мужу. Если ее любовь к сыну я ощущала, то на имя «Вилфред» ничего внутри меня не отзывалось.

— Прости, что завел этот разговор, — видя мое замешательство, произнес Тор. — Я лишь хотел, чтобы ты знала: я тебя не осуждаю.

С губ почти сорвался вопрос: о чем ты? Но в последнее мгновение я прикусила язык, а все потому, что до меня дошло: Торвальд считает — это я убила Вилфреда. Но это неправда! Или…"

"— Я кое-что принес, — Тор снял с пояса кинжал. — Времена нынче неспокойные, пусть он будет у тебя.

Я потянулась забрать кинжал — средство самозащиты всегда пригодится, но так и не дотронулась до рукояти, узнав то самое оружие, которым зарезали Вилфреда.

— Ты взял его из казны? Зачем? — поразилась я.

— Он твой, — голос мужа звучал ровно. — Мой подарок на помолвку. Забыла?

Я ухватилась за подлокотник кресла, так сильно закружилась голова. Тор все это время знал, что Вил заколот моим кинжалом, но промолчал об этом на суде. Теперь понятно, почему он считает меня виновной в убийстве брата. Кто-то все очень тщательно продумал.

Настолько, что даже воспользовался моим кинжалом.

— Давай, — я забрала кинжал у мужа и прикрепила к поясу. Мой так мой. А потом добавила: — Сегодня тебе лучше спать у себя. У меня женские дни.

Тор помрачнел. Неужели из-за отказа?

Наклонившись вперед, муж прижал ладонь к моему животу:

— Жаль, я надеялся, ты понесла. Но ничего, еще родишь мне наследника.

При слове «наследник» меня будто холодной водой окатили. Что у Тора наследовать? Крепость? Так она отойдет Ивару. Или он, в самом деле, рассчитывает уничтожить сына Вила, чтобы его собственный однажды получил все? Не признание ли в покушение на Ивара я только что услышала?

Перед уходом муж поцеловал меня в висок.

Едва дверь закрылась за ним, я заплакала. Даже в первые дни в новом мире я не чувствовала себя такой беспомощной и одинокой.

Вскоре я познакомилась с вновь прибывшими. Началось с того, что в коридоре столкнулась с миловидной девушкой примерно моих лет. По наряду и обилию колец на пальцах сделала вывод, что передо мной благородная дама. Прежде в крепости я ее не встречала.