Лапочки-дочки из прошлого. Исцели мое сердце
- Ты переезжаешь ко мне, - звучит безапелляционно. Как факт.- Я не могу, - спорю, но Воскресенский не знает слова «нет».- Тебе негде жить. Нет работы. А моим дочкам нужен присмотр. Ты нам подходишь.- Я ведь кондитер. У меня нет опыта общения с детьми. Совсем нет, - прячу взгляд.- Ты им нравишься. Остальное неважно. Я готов сделать тебе предложение, от которого ты не сможешь отказаться.Нас прерывают рыжие двойняшки. Забираются отцу на колени, и он тут же смягчается.- Мама будет жить с нами? – одновременно указывают на меня.*После развода я лишилась всего. Муж изменил мне, сделал ребенка любовнице, так еще и отсудил мой бизнес.Я должна подниматься с нуля. Подрабатывать кондитером, брать любые заказы. На одном из мероприятий я встретила его... Воскресенский – отец-одиночка в разводе. Холодный, циничный, презирает женщин и идет по головам. Мне надо держаться от него подальше... Но как вышло, что его дочки похожи на меня, как две копии? И почему мое сердце тянется к ним, как к родным?
"
"– Вера Александровна, я на этом гадком свете живу уже тридцать восемь лет, из них более пятнадцати - активной адвокатской практики. Я знаю, о чем говорю. Через меня столько дел прошло. Но те, в которых были замешаны дети, оказывались наиболее тяжелыми и грязными. Нет уж, увольте, моих девочек в это болото втягивать не позволю.
- Если произошла ошибка, то… родная мама имеет право знать, - делаю слабую попытку вразумить его, достучаться до «нормального мужчины». Но тщетно.
- Насрать мне на чьи-то права и чувства, - чеканит строго, и каждое слово отбивается сталью. – Меня волнует исключительно моя семья. В пределах моего дома. Все, что вне этих границ, может смело катиться к черту.
- Ты очень категоричен, - не унимаюсь, хотя пора замолчать. В конце концов, это его дело. И хоть я стараюсь не принимать пренебрежительную фразу на свой счет, но в груди все равно неприятно царапает.
- Не отрицаю, - отводит взгляд, доставая из кармана телефон. – Если ты не против, я сделаю звонок, - набирает контакт с необычным именем «Б/у зам Славин». Если Костя вызывает заместителя, значит, разговор будет касаться работы.
- Я не буду мешать, - очнувшись, подскакиваю со скамьи.
- Вера, я не хотел… - летит мне вслед, но я врываюсь в дом и захлопываю за собой дверь.
Глава 30
Некоторое время просто стою в коридоре, пытаясь перевести дух и упорядочить мысли. Смахиваю со лба непослушные локоны, которые не держатся под лентой. Я устала ее перевязывать – кудри все равно выбиваются из прически.
Шумно выдохнув, иду на кухню, чтобы занять себя уборкой и отвлечься. Развязываю пояс, внезапно почувствовав приступ жара, но кардиган не снимаю. Я лишь раздвигаю полы впереди, пуская к телу свежий воздух.
Закатав рукава, складываю посуду, небрежно брошенную Костей, в раковину. Легко улыбаюсь, вспоминая наш ужин, и принимаюсь мыть тарелки.
Странно, но это всегда меня успокаивает. Шум воды, запах моющих средств, однотипные действия, позвякивание фарфора…
Хлопок двери. И шаги в коридоре.
Не оглядываюсь, надеясь, что Воскресенский не заметит меня или намеренно пройдет мимо. Закроется в гостевой комнате, а рано утром уедет, не прощаясь. Это стало бы лучшим исходом, но…
Шаги затихают и обрываются. А потом так же резко меняют траекторию пути и направляются ко мне. Становятся все громче и ближе. Последний раздается позади меня, и спину окутывает приятным теплом.
- Вера, я не хотел хамить тебе, - жарко летит мне в макушку. – Прости.
Широкие ладони ложатся на мои плечи, ведут вниз к согнутым локтям, сжимают их аккуратно, но настойчиво. Намекают, что сопротивление бесполезно - и я не выберусь из капкана.
- Я привыкла, - произношу как можно небрежнее. – Все в порядке, - облизнув внезапно пересохшие губы, судорожно сглатываю.
Похожие книги
Мысленным взором
Двойняшки по ошибке
Измена. (Не) твои дети
Сыночек в награду. Подари мне любовь
Двойня для босса. Стерильные чувства
