Жена Хана

Не его!

— Нет! Это не его татуировка! — проговорила еле слышно, качая головой, — это не он! Нет! Не он!

Я ведь точно помню. Она похожа, но она не его! Не его! Я кричала то ли вслух, то ли про себя. Постоянно повторяя одно и тоже и глядя застывшим взглядом на цепочку, на расплавленную цепочку, спаянную с телом. Это принадлежало Хану…Но цепочку можно снять и надеть.

— А здесь на бедре цветок лотоса. Видите? У вашего мужа был точно такой же. Вы узнаете?

Я видела, но признавать отказывалась. Цветок казался мне меньше, казался более расплывчатым и не таким. Меня тошнило и выворачивало наизнанку. Я боялась, что исторгну содержимое желудка прямо здесь.

— Такой мог быть у кого угодно.

— Это татуировка вашего мужа. Мы провели анализ днк и он совпадает понимаете?

— Нет! Я вам говорю нет! Его цветок был больше! Не пытайтесь меня убедить! Это не мой муж! Я бы узнала его по запаху! Понимаете?

- Успокойтесь, я вас прошу. Давайте я принесу вам воды.

— Не надо никакой воды! Это не Тамерлан! Не Тамерлан! Ясно? Я бы почувствовалаааа! Как вы не понимаете того? Я не стану ничего подписывать! Это не он!

— Уведите ее! — полицейский обратился к Давиру и тот, приобняв меня за плечи, повел в коридор, а я вырывалась и кричала.

— Это не он! Не он! Не он!

— Она боится, что ее не указали в завещании, поэтому не хочет признавать очевидного, — услыхала я голос Цэцэг спустя несколько минут. Ее завели на опознание сразу после меня и сейчас она выходила из страшной комнаты.

— Да, это мой племянник. Не может быть никаких сомнений. Конечно я подпишу все бумаги.

— Но ваша невестка…

— Она мне невестка. Она досадное недоразумение. И она не в себе. Я позабочусь, чтобы вас отблагодарили за ваше искреннее участие и помощь.

Она прошла мимо меня, высокомерно глядя сверху вниз, а я из-за слез почти не видела ее лицо, но могла поклясться, что она улыбнулась. Меня согнуло пополам, и я заскулила, кусая губы. Не в силах сдерживать сумасшедшую боль во всем теле.

— Давайте я отвезу вас домой. Вам нужно отдохнуть.

Только не домой. Я свихнусь в этих черных стенах.

— А…твой господин? Отвези меня к нему. Отвези меня к Батыру.

— Хорошо. Но вначале попейте воды, вы очень бледная и еле на ногах стоите.

Это ложь. Это не Тамерлан. Я ведь узнала бы. Я не могу ошибаться. Они лгут. Цэцэг лжет. Как я скажу Эрдэнэ…как? Нет, я скажу ей правду. Скажу, что это не ее отец. Она должна знать…должна.

— Поехали к Батыру. Мне уже лучше.

Давир отвел меня обратно в машину. И я в какой-то дикой надежде ехала в больницу. Мне казалось, что старик должен знать, что Хан жив. Он придет в себя и расскажет. Надо искать в других больницах, надо что-то делать. Может его похитили, может…О боже, я сейчас с ума сойду!

Поднималась в лифте в отделение, где лежал Батыр и надеялась на чудо, но чуда не произошло.