Жена самурая (СИ)

Изготовление каждого из них в свое время было оплачено чистым золотом и серебром, каждое из них по стоимости было соизмеримо со стоимостью деревни с крестьянами.

Выражение лица Такеши не допускало каких-либо вопросов, и Яшамару, уловив это, молчал. Минамото же думал о том, что вскоре увидит жену — спустя десять с половиной месяцев.

Его же нет в поместье уже год, и никто не знает, сколько продлится эта война. Если он сможет заключить союз с Асакура — то недолго. Если нет… он не брался предугадывать. Он найдет дочери жениха спустя три месяца после ее рождения. И даст ей в приданное клан Токугава.

Такеши размышлял, что еще может попросить от него Дайго-сан. Земли клана Минамото? Золото по весу взрослой невесты? Обещания, завязанные на крови?.. Он согласится на любые разумные условия. Не в их положении было торговаться.

Столкнется ли он однажды с яростью своей дочери, когда она узнает, что ее судьба была предрешена отцом в три неполных месяца ее жизни?..

«Если я предрешу ее судьбу, — поправил себя Такеши. — Если».

***

То, что земли клана Асакура не тронула война, было видно с первого взгляда.

Несмотря на снег, покрывший рисовые поля белым полотном, несмотря на время года, в которое в деревнях засыпает любая жизнь. Здесь даже воздух был другим. Совсем не таким, к какому привыкла Наоми за месяцы, что длилось противостояние с Тайра. Здесь ей легче дышалось.

Она знала, что Асакура поклялись пойти войной против того, кто нарушит перемирие и прольет кровь на их землях. Это было глупо, но благодаря этой угрозе Наоми чувствовала себя здесь безопаснее, чем в поместье. Очень недальновидно с ее стороны — учитывая, что Тайра способны на любую подлость.

Она стиснула пальцы и зажала ладони меж коленей, силясь подавить дрожь. В условленном месте они ожидали отряда Такеши вот уже несколько часов, хотя должны были встретиться еще на рассвете. Наоми провела бессонную ночь, а к тому моменту, как должно было встать солнце, ее зубы клацали столь громко, что, казалось, солдаты Тайра смогут их найти по одному лишь этому звуку.

Но ее муж не появился на рассвете. Не появился он и к полудню. И теперь, готовясь встретить ранний зимний закат, Наоми уже не волновалась, как именно они увидятся.

Она волновалась, увидятся ли они вообще.

По скупым, брошенным вскользь фразам Яшамару-сана — он не смел обсуждать или, много хуже, осуждать своего господина — Наоми поняла, что плен изменил Такеши сильнее, чем могли представить его союзники и советники. Она ведь не успела узнать его прежнего. Что ей следовало ждать от переменившегося мужа?"

"Она даже не знала, остался ли он также благосклонен, как был в письме, когда узнал, что она все же родила ему дочь. Дочь, которая не сможет унаследовать клан.