Жена самурая
Жизнь Александры Гельман проста и понятна. Любимый муж, очаровательная дочка, интересная работа. Темное криминальное прошлое осталось далеко позади. Даже ее супруг Акела, в прошлом правая рука и телохранитель известного авторитета Ефима Клеща, теперь занимается только домом и своими любимыми девочками – женой и дочкой. Лишь увлечение восточными боевыми искусствами и жизнь по кодексу японского самурая напоминают об экзотическом прошлом Акелы. Именно из-за этого хобби он снова попадает за решетку – в городе стали находить трупы бомжей с отсеченными головами. Убийца профессионально орудует самурайским мечом, а из голов убитых делает «бундори» – своеобразный трофей воинской силы. Как верная жена настоящего самурая, Александра должна спасти супруга от подозрений, и сделать это можно одним лишь способом…
А дома у меня кто-то был…
Я почувствовала это мгновенно, едва вошла. Бывает такое ощущение, что что-то не так, не так, как ты оставила, не так, как было. Даже воздух был каким-то чужим – воздух моей собственной квартиры!
Я замерла на пороге, боясь сделать шаг, а в спину мне ткнулся Никита, едва не сметя с ног.
– В чем дело?
– Тихо! – прошептала я, подняв руку вверх. – Тихо, Никита…
Той же спиной я почувствовала, как мгновенно напряглись мышцы моего телохранителя, как он весь подобрался, словно гончая, учуявшая зайца.
– Отойдите! – приказал он чуть слышно, и я сделала шаг в сторону, впуская Никиту в квартиру.
Сжимая в согнутых руках пистолет, Никита абсолютно бесшумно двигался по квартире, а я завороженно наблюдала за ним. Он был прекрасен, как какое-то дикое животное, готовое первым кинуться в атаку или отразить любое нападение.
– Никого, – развернувшись в дальнем конце коридора, громко произнес он. – Никого нет, вам показалось.
Мне не показалось – я могла голову прозакладывать, что в моей квартире кто-то был, пусть не сейчас, но всего пару часов раньше. Я так и не сменила замки в двери, мне просто некогда было заниматься этим… Акела оказался прав.
– Никита, это сейчас никого нет. А недавно – был, вот поверь мне.
Я присела на корточки и с удивлением ковырнула пальцем в перчатке что-то коричневое, наполовину закатившееся под шкаф. Это оказалась пуговица. Обыкновенная коричневая пластмассовая пуговица с четырьмя дырочками. Держа ее на раскрытой ладони, я поднесла ее к самому лицу подскочившего ко мне Никиты:
– Видишь?"
"– Ну, пуговица. И чего?
– И того. Это пуговица не с тех вещей, которые есть в моем доме. Моя шуба – голубая.
Никита взъерошил рыжие волосы на затылке:
– М-да… ситуация… выходит, слепки с ключа все-таки были.
– Да, – кивнула я. – И Сашка оказался прав, а я – трижды дура, что не послушалась и не сменила замки. Представь, что было бы, если бы я не уехала встречать Новый год к папе?
Меня даже передернуло от мысли о возможной встрече с реальным маньяком в собственной квартире.
– Так, берите все что нужно, и поехали! – решительно заявил Никита. – Не думаю, что вам стоит тут оставаться.
– Погоди, я хотя бы осмотрю все – вдруг что-то пропало?
– Да неважно уже это, как вы не понимаете? Надо валить отсюда, а на двери я сейчас одну хитрую штуку поставлю, будет ясно, входил ли кто-то снова, да и заодно выясним, кто именно. Только мне в машину надо.
– Нет!!! – заорала я, вцепившись в рукав его куртки, и Никита от неожиданности пошатнулся.

















