Жестокий 2. Тебе не сбежать

И тебе в том числе, – я не хотела снова поднимать скандал, ноо… Обида никуда не делась, хоть я и пыталась затолкать её в себя поглубже. Не выходило.

– Прости меня, Злат. Я не хотела тебя бросать. Я думала… Мы с Имраном поженимся, у меня, наконец, появится возможность забрать тебя к себе. Но потом случилось то, что случилось. И я не смогла. Я не хотела, чтобы ты видела меня такой. А зрелище там было не для слабонервных. Потом психиатры, реабилитация, восстановление. На это ушли годы. А когда я пришла в себя, узнала, что ты замужем, счастлива… Я была рада, что у тебя всё хорошо и не хотела нарушать эту идиллию. Зачем? Ворваться в твою жизнь через столько лет… И что бы я сказала тебе при встрече? «Привет, прости, что бросила тебя одну» – так, что ли?

Я насильно затолкала в себя кусок омлета и, не чувствуя вкуса, пережевала. Так, значит, она всё же узнавала обо мне? Хотя какое это теперь имеет значение? Это ничего не меняет.

– Пожалуй, я поем попозже. Как-то аппетит пропал, – отодвинула от себя тарелку, поднялась, но Машка схватила меня за руку, рывком дёрнула назад, заставляя приземлиться на стул обратно.

– Я вытащу тебя отсюда, – зашептала она, бросив быстрый взгляд на камеру в дальнем углу. По идее, Машка в обзор не попадала. Видать, специально так села. – Слышишь, Злат? Я не оставлю тебя с ним. Обещаю. Ты только потерпи немножко, ладно? Я рядом. Я не позволю ему и дальше над тобой издеваться.

Я выдернула руку из её пальцев, отодвинула стул.

– Одни обещания. Такие же бессмысленные, как и твоё возвращение в мою жизнь.

ГЛАВА 26

Позавтракать так и не удалось, но я прихватила тарелку с сыром и ушла из кухни, оставив там ревущую белугой Машку. Не знаю, в чём причина. В том, что она сделала мне слишком больно, или в том, что я сама превращаюсь в неё. Но мне не было жаль её, и слёзы сестры абсолютно не трогали. Ни капельки.

Снова появилась тошнота, а я подумала, что не мешало бы сделать тест. Просто для своего спокойствия. А когда в дверь моей комнаты постучался Ваха, мысль пришла сама собой… Что, если я попрошу его?

Но потом я вспомнила, кто такой Ваха, и решила не рисковать. Вообще-то Басаев обещал мне свободу. Если он сдержит своё обещание, я смогу выходить отсюда. Под надзором, конечно, но как-нибудь забегу в аптеку.

А когда Ваха вывалил на стол содержимое своих карманов, я очумело уставилась на него и по-идиотски заулыбалась.

– Чё? – мрачно спросил он.

– Ничё, – весело ответила я.

– А чё довольная такая?

Я опустила взгляд на новую банковскую карту, ключи и сим-карту.

– Это же мне?

– Тебе.

– Значит, он разрешил выходить за пределы своей территории?

– Разрешил, – подтвердил Ваха и сложил на груди свои длинные, толстые, как гигантские канаты, ручищи. – Но только со мной. Теперь я твой телохранитель, считай.