Живой журнал

Оставалось только одно средство расставить все точки над «i». И я позвонила Евангелине. «Что ты хочешь узнать, милая?», — спросила та. — «Вы родня или нет?». — «Ну, Самойловы — весьма распространённая фамилия. А что тебе говорит твоё сердце, Эль»? Я подумала и ответила, что эта женщина мне понравилась. И я не солгала, Дани. Ни на грамм не соврала. Что-то подкупало меня в ней с самого начала. Более того, у меня возникло странное чувство, что если я упущу эту женщину, то впоследствии очень пожалею об этом. Евангелине я так и сказала. «Тогда делай так, как подсказывает тебе твоё сердце.

Может быть, вы не так просто встретились», — это были её последние слова. Таким образом, ровно через две недели, после выполнения всех формальностей, Ирина Самойлова вышла на работу ко мне. Это было в апреле 2013 года. Сработавшись с Ирой, я решила оставить её у себя… Ну, не то, чтоб я тебе не доверяла, но… но что моё, то моё. А ты — мой. Вот, — припечатала женщина.

— Молодец, Эль, — прошипел Даниэль. Он помедлил, пытаясь обуздать свой гнев: — Спасибо тебе за доверие… Ну и что же дальше?

Эль неторопливо встала.

Нашла в сумке пачку сигарет, прикурила и подошла к окну. Стрельнула глазами в мужа:

— Не обижайся, — попросила она, — просто я помню, сколько женщин было у тебя до меня, и…

— Эль, не отклоняйся от цели. Что насчёт твоей Ирины Самойловой? — жёстко напомнил Даниэль."

"— Ну, в общем Ира стала работать на меня. Оценивала то, что делали твои маркетологи, и исправляла их недоработки.

— А я-то считал, что это твоя заслуга, Эль, — «укусил» жену Даниэль.

— Погоди, погоди. О моих заслугах речь пойдет дальше… Итак, работала Ира очень хорошо, даже талантливо.

Была дружелюбна и приветлива, но меня к себе близко не подпускала. Мне это не нравилось, потому что я не люблю вопросов без ответов и предпочитаю всегда добираться до правды. И я начала аккуратно сближаться с ней… Сначала всё было так, как обычно бывает у двух женщин, увлеченных одним делом и тесно связанных по работе. Обсуждения рабочих моментов и чуть-чуть — личных тем. Потом разговоры стали чуть более откровенными. Иногда, когда я задевала какую-то струнку в её душе, Ира мне открывалась. — Эль выпустила в воздух последнюю затяжку и притушила сигарету. Встала спиной к окну и оперлась бедром о подоконник. — Знаешь, Дани, я не могу сказать, что судьба была очень благосклонна к Ире. Я тебе кое-что о ней расскажу, но ты пообещай мне оставить это только при себе. Хорошо?

— Хорошо, Эль.

Эль подняла бровь, Даниэль перехватил взгляд жены.

— Ладно, Эль, не гляди так: я тебе обещаю, — неохотно выдавил он. Эль удовлетворенно кивнула:

— Отлично. Так вот, Дани, Ира выросла без родителей. Она попросту их не знала.