Живой журнал

Мне нужно было просто подождать, вот и всё. И она бы сдалась первой…»

— Мы, Ир, остановились на твоём многозначительном «нет». — Я откровенно раздосадован, но вида не показываю. — А ещё мы закончили на том, что это твоё «нет» означает, что я не вовремя. Или что мы не увидимся. Жаль… Ладно. Извини, что помешал. Иди, работай, Самойлова… И я тоже пойду.

— Куда это?

— А, в «хозяйственный»."

"— Ты что, в «хозяйственном» юристом работаешь? — смеется Красная Шапочка. — Там что, прищепки крадут, а ты ведешь расследование?

— Пока нет, но все может быть. Мне там другое нужно.

— Что, если не секрет?

— Хочу купить мыло и верёвку. Ты же мне отказала, и теперь я должен от горя повеситься, следуя твоему сценарию… Всё, я пошёл. Пока.

— Андрей, да подожди ты, — и тут Ира запинается. — В общем, у меня действительно нет на тебя времени, но…

«Ах, у неё нет на меня времени? А у меня нет никакого желания продолжать этот разговор, никчёмный и унизительный!»

— Самойлова, ты меня извини, но «хозяйственный» с верёвкой скоро закроется, — обрываю я самовлюбленную женщину. — Всё, давай, увидимся. — Произнеся эту фразу, которая в моём лексиконе является синонимом словам «прощай-провались», я бросаю трубку.

Яркое апрельское солнце мажет меня по лицу, но я поворачиваюсь к нему спиной и опираюсь о подоконник ладонями. Мне неуютно. Я никогда не знал, как вести себя в случаях, когда тебя убивают одним коротким «нет». Проблема в том, что у меня просто не было таких случаев. Я действительно никогда не получал отказов. «Плевать. Забей, — приказываю себе я, — никто ни в чём не виноват. Просто в этом мире есть ты и эта женщина. Вы — как два слепца. Самойлова на никак не увидит, что отчаянно нужна тебе.

И наоборот. Ты и она и пяти минут не можете выдержать вместе без того, чтобы не поцапаться. Ты же знал, когда звонил ей, что этим всё закончится? Знал? Ну и всё. Ну, и забей на неё». Не успеваю ни согласиться с этой мыслью, ни её опровергнуть, как слышу вибрацию мобильного. Телефон рвётся из кармана, и я душу готов заложить, что это звонит Самойлова. Но я игнорирую её звонок, потому что я начал прозревать, что же со мной происходит. Я же снова влюблялся в неё, очень сильно и чересчур быстро. От осознания этого непреложного факта мне становится очень не по себе. Ухожу в комнату и пережидаю повторный звонок Иры. На моё счастье, телефон замолкает. Я успеваю неспешно выкурить еще одну сигарету, когда эта упрямица в третий раз набирает мне. Тяжело вздохнув, неохотно поднимаю трубку.

— И снова здравствуйте, девушка, — имитирую я радушие, — ты, солнышко, что-то в моей квартире забыла?

— Да, забыла, — решительно говорит Ира.

— Что именно? Последнее напутствие? Не волнуйся, душа моя, я и так всё уже понял.