Зимний излом. Том 1. Из глубин
Невозможное все же случилось. То ли волей высших сил, то ли золотом и интригами таинственных гоганов принц-изгнанник Альдо Ракан занял столицу предков. Король Фердинанд Оллар в плену. В плену и непобедимый Рокэ Алва, обменявший свою свободу на жизнь Фердинанда. Свято верящий в свое божественное происхождение, Альдо с упоением готовится к коронации и возрождает древние порядки. Счастлив и обретший себя в служении делу Раканов Ричард Окделл, но принцесса Матильда и принявший из рук Альдо маршальскую перевязь Робер Эпинэ в ужасе от того, чем оборачивается победа.Тишина в столице, это тишина в центре смерча. Только зима и нависшие над границами Талига вражеские армии мешают сохранившим верность Олларам войскам ударить по захватчикам. Только чувство долга удерживает Робера рядом с Альдо, а время уходит. Пегая кобыла, древняя вестница смерти, ходит по кругу, и круг этот все шире.
– Он начинал в ордене Славы, – с нехорошей радостью сообщил Робер, – у Адриана. Расспроси-ка ты про Его Высокопреосвященство Матильду.
– Одно к одному, – сюзерен досадливо сморщился. – Ей все кажется, что я на деревянных лошадках скачу. Закатные твари, Матильда не желает видеть, что я вырос, потому что моя зрелость для нее – старость! Я – король Талигойи, она всего-навсего – алатка, поймавшая Ракана. Робер, она так и осталась алаткой. И останется. В Сакаци Матильда на месте, но там нет места для меня... Для нас с тобой!
А где оно, это место, где Роберу Эпинэ не захочется выть? Разве что в Закате.
– Ты несправедлив к Матильде. – Иноходец старался говорить небрежно и спокойно. – И потом, ты же сам ее позвал."
"– Именно что сам, а теперь думаю, не зря ли. Помощи не дождешься, а вот в мои дела она лезть будет. Уже лезет. Я уж не говорю, что моя дражайшая бабушка приволокла с собой любовника.
– Ну, это ее дело.
– Не ее! – Альдо и вправду был зол, пожалуй, злее Робер его еще не видел. – Принцесса из дома Раканов не может путаться с доезжачим!
– Дай ему титул, – пошутил Робер, – и дело с концом.
– Дворянскими титулами не разбрасываются, – лицо сюзерена словно окаменело.
– Ты сам сделал Люра Килеаном-ур-Ломбахом, – напомнил Эпинэ, – а Килеаны – эории.
– А вот за Люра, – подмигнул сюзерен, – я готов благодарить твоего дружка.
– Еще немного, – не выдержал Иноходец, – и я поверю, что Алва – мой друг.
– Ладно тебе, – примирительно буркнул Альдо, – кого и куснешь, если не друга? Если б ты не пришел, я б от этой бабьей дури лопнул...
Что же такого сказала Матильда? Назвала их теми, кем они на самом деле и являются? Похоже на то...
– Альдо... – С Матильдой он сам поговорит, а сюзерена нужно побыстрей подсадить на любимого конька. Для успокоения. – А как ты собираешься отличать эориев от неэориев?
– Способы распознать древнюю кровь есть, – проглотил приманку будущий анакс.
Да не оказывал он никому никаких услуг! Просто свалился в реку, и его поволокло по камням, и сейчас волочет. Алва, тот и в Багерлее умудряется спорить с ветром, а вот Эпинэ... Робер погладил разнывшееся запястье:
– Ваше появление в Эпинэ было полной неожиданностью.

















