Зимний излом. Том 1. Из глубин

Придет время, эсператистских святых забудут так же, как олларианских, и в Кэртиану вернется истинная вера, но сперва нужно выкорчевать память о Франциске. Слишком многие видят в узурпаторе великого короля, спасшего распадающееся государство. Это было бы правдой, захвати Оллар Гайифу или Дриксен, но он поднял руку на потомков богов!

Показалась Фабианова площадь, Ричард придержал линарца, оглядывая заполненное пляшущим мокрым снегом пространство между бывшим особняком Колиньяров и церковью Святого Фабиана. Храм будет перестроен и в третий день Осенних Молний вновь освящен именем святого Алана.

Туда из Ренквахи перенесут прах отца, а сам святой Алан вместе с маршалом Эктором обретут последний приют в Старом парке.

Последнее обстоятельство вызывало у Дика целую бурю чувств. Умом юноша понимал, что отдавший жизнь за короля и Талигойю Эктор не виноват в том, что его потомки выродились в трусоватых подлецов, но стоять рядом с Валентином во время церемонии?! Юноша подозревал, что Альдо таким образом пытается примирить Повелителей Скал и Волн, и он, опять же, был прав, но как же это коробило.

Ричард смахнул с плеч и полей шляпы навязчивый снег и свернул с Медвежьей на Октавианскую. Был пусть и хмурый, но день, рядом гарцевал Эндрю Нокс, а на душе лежал даже не камень, а кусок льда. Юноша прекрасно понимал, что всему виной вылившаяся в ночной кошмар лихорадка и расстроенное воображение, но Старый парк по мере приближения казался все неприятней. Молчание сделалось невыносимым, и Дик не выдержал:

– Капитан Нокс!

Капитан Личной охраны Повелителя Скал ловко осадил своего гнедого:

– Монсеньор?

– Будете ждать меня у Родниковых ворот.

Можете по очереди отпускать людей греться.

– Благодарю, Монсеньор.

Шнур для звонка просто подгнил, потому что в доме долго не топили. И перила сломались сами, могут же они сломаться, а комната выстыть. Не закрыли трубу, на улице сыро и холодно, вот за ночь и выстыло, а бокал и бутылку он сам разбил и позабыл. Лихорадка плохо действует на память, это всем известно.

– Капитан, что вы думаете о... о моей резиденции?"

"– Это прекрасный дом, – Нокс казался удивленным, и Дику стало стыдно за свои страхи, – и очень удобно расположенный.

Из него можно незаметно уйти, и его удобно защищать.

– Вы говорите так, словно нам предстоит осада, – не стоит пережевывать дурные сны, и тогда они не вернутся.

– Монсеньор, я военный. И я отвечаю за вашу жизнь.

У Нокса не болит голова о всякой ерунде. Капитан видит опасность там, где она есть, и не верит в глупые сказки. Так и надо. Чего бояться в собственном доме под охраной таких молодцов? И уж тем более не стоит бояться заросшего деревьями клочка земли.