Змей и голубка

Я инстинктивно отпрянула от этой мысли, вспомнив агонию, которую пережила в огне Эстель, и вцепилась в новый узор. Этот невинно мерцал в песке и парил возле глаз Андре – и моих собственных. Слепил меня.

«Око за око».

Но я не могла отдать свое зрение, чтобы забрать зрение Андре. Уж точно не теперь, когда их было двое.

Думай. Думай, думай, думай.

Я продолжала пятиться, а узоры вспыхивали и исчезали перед глазами прежде, чем я успевала их рассмотреть. Когда я подошла к горнилу, кольцо Анжелики обожгло меня своим жаром. Ну разумеется. Чертыхнувшись, что не вспомнила о нем раньше, я стала медленно стягивать кольцо с пальца.

Андре заметил это и сощурился, увидев у меня в руке мешочек с монетами. Алчный ублюдок.

Осторожно надавив большим пальцем, я сняла кольцо с костяшки – но оно слишком быстро соскользнуло со взмокшей кожи и звякнуло, ударившись о пол.

Звякнуло один раз.

Два.

Три.

Я в ужасе смотрела, как Грю накрывает кольцо ботинком. С горящими глазами он наклонился и поднял его, а затем мерзко ухмыльнулся. У меня пересохло в горле.

– Так вот оно, твое волшебное колечко. Столько хлопот ради кусочка золота.

 – Он, усмехнувшись, прикарманил кольцо и шагнул ближе. Андре, будто тень, повторял его движения. – Знаешь, Лу, ты мне никогда не нравилась. Всегда считала себя лучше нас, умнее нас, вот только это не так. И наше терпение лопнуло.

Он ринулся на меня, но я оказалась быстрее. Схватив щипцы – не обращая внимания на жар, которым они обожгли мне руки – я ударила ими Грю по лицу. Отвратительный запах поджаренной плоти наполнил комнату, и Грю отпрянул. Андре кинулся ко мне, но я ткнула щипцами и в него. Он едва успел вовремя остановиться, и его лицо исказилось от гнева.

– Назад! – Я для пущей верности еще разок ткнула щипцами в его сторону. – Не подходите!

– Я тебя на куски порежу, тварь. – Грю снова рванул ко мне, но я увернулась, размахивая щипцами. Мимо моего лица просвистел нож Андре. Я отшатнулась, но позади меня уже поджидал Грю. Он поймал щипцы за края и грубой силой вырвал их у меня из рук.

Я потянулась к мешку с песком, отчаянно подводя узор к его глазам – и подальше от своих собственных глаз.

Андре закричал, когда песок взметнулся волной и устремился к нему. Он отпрянул, прижимая руки к лицу, растирая кожу, пытаясь спасти глаза от множества острых крупинок.

Мои глаза при этом остались совершенно невредимы, и я потрясенно наблюдала за этим, пока Грю не пошевельнулся у меня за спиной. Уловив его смутное движение, я развернулась, вскинула руки, чтобы защититься, но мой разум как будто бы замедлился, стал вялым, ленивым. Грю занес кулак, и я уставилась на него, не в силах понять, что он хочет сделать, не в силах предвидеть его следующий шаг. Затем Грю ударил.

«Твое зрение в обмен на его зрение».