Змей и голубка
Два года назад ведьма Луиза ле Блан покинула свой ковен, нашла приют в городе Цезарин и теперь живет лишь воровством. Ей пришлось отказаться от колдовства, ведь в Цезарине на ведьм идет охота. Их боятся. Их предают огню. Рид Диггори – охотник на ведьм и преданный служитель Церкви. Их с Луизой пути никогда не должны были сойтись, и все же коварная уловка сводит их вместе в невозможный союз.Война между ведьмами и Церковью стара как мир, и опаснейшие враги грозят Лу судьбой куда страшнее огня. Но она не в силах противиться чувствам, которые зарождаются в душе, и также не в силах изменить свою сущность. Лу должна сделать выбор.
Он рассыпался у меня в пальцах.
– Я не говорила, что верю в вашего бога. Ваш бог ненавидит женщин. В его мире мы созданы в довесок, как нечто второсортное.
– Это неправда.
Я наконец повернулась к нему.
– Да неужели? Я читала вашу Библию. Разве я, как жена, не считаюсь твоей собственностью? Разве у тебя нет законного права поступать со мной как вздумается? – Я поморщилась, с горечью вспомнив слова Архиепископа. – Посадить меня под замок в каморку и больше никогда обо мне не вспоминать?
– Я никогда не считал тебя своей собственностью.
– Архиепископ – считает.
– Архиепископ… ошибается.
Я вскинула брови.
– Уж не обманывает ли меня слух? Неужели ты только что сказал дурное слово о своем дражайшем патриархе?
Рид досадливо взлохматил себе волосы.
– Просто… не надо, Лу. Пожалуйста. Несмотря на твое мнение о нем, он подарил мне все. Жизнь и цель в жизни. – Он засомневался и посмотрел мне в глаза с такой искренностью, что у меня дрогнуло сердце. – Он подарил мне тебя.
Я смахнула увядший лист прочь и обернулась к Риду. Посмотрела на него – внимательно, по-настоящему."
"Рид искренне верил, что его цель – убивать ведьм.
– Архиепископ не дарил тебе меня, Рид. – Едва заметно улыбнувшись, я посмотрела в небо. – Это сделал он. Или она.
Воцарилось тяжелое молчание. Мы смотрели друг на друга.
– У меня для тебя подарок. – Он наклонился ближе, заглядывая мне прямо в душу. Я затаила дыхание, мечтая, чтобы наши губы соприкоснулись снова.
– Еще один? Еще ведь даже Йоль не настал.
– Я знаю. – Рид посмотрел на наши руки и провел по моему безымянному пальцу своим большим.
Я ахнула, когда он достал его из кармана пальто. В центре тонкого золотого колечка сверкал овальный перламутровый камень. Кольцо было явно очень старое, самое красивое из всех, которые я видела в жизни. Рид протянул его мне, и мое сердце забилось как безумное.
– Позволишь?
Я кивнула, и он снял с моего пальца перстень Анжелики и вместо него надел кольцо. Мгновение мы оба разглядывали его, затем Рид тяжело сглотнул.
– Оно принадлежало моей матери… по крайней мере, я так думаю. Когда меня нашли, я сжимал его в руке.
Я хотела сказать, что кольцо очень красивое, что мне очень приятно будет носить столь значимую для Рида вещь, словно частичку его самого, но слова застряли на языке.
Рид пристально смотрел на меня.
– Спасибо. – Я задыхалась от странного, нового чувства. – Мне… очень нравится.
И я не солгала. Я полюбила это кольцо с первого взгляда.
Но Рида я полюбила еще больше.

















