Золотое правило этики

Дронго вышел во двор, посмотрел на машины, стоявшие там, вернулся, взглянул на охранника и спросил:

– Как именно вы обычно сидите?

– На своем стуле за столом, – пояснил Виталий Дмитриевич. – В этом нет никаких нарушений. Я обычно читаю газету и успеваю увидеть всех, кто здесь проходит.

– Да, конечно. А госпожа Концевич в тот злополучный день мимо вас не проходила? – еще раз уточнил Дронго.

– Нет, – заявил охранник. – Конечно, не проходила. Иначе я бы ее запомнил.

– Спасибо, – сказал Дронго. – Анжелика Гавриловна, кто обычно работал с госпожой Концевич?

– Римма, конечно. Это ее мастер.

– Я имею в виду не парикмахеров, а всех остальных. Кто делал маникюр и педикюр?

– Зинаида. Очень хороший профессионал. Мы переманили ее из другого салона.

– Ясно. Я видел разные фотографии госпожи Концевич. Представляя платья известных модельеров, она была брюнеткой. Но, насколько я понял, это краска, не так ли?

– Верно. У нее были свои светло-каштановые волосы.

– Она никогда не перекрашивала их в черный цвет?"

"– При мне такого не случалось. – Анжелика Гавриловна улыбнулась. – Любой мастер вам скажет, что радикальный черный цвет очень старит женщину. А ведь ей было лишь чуть больше тридцати. Иногда госпожа Концевич позволяла себе быть блондинкой, но никак не брюнеткой. Ой, извините меня, что я говорю о ней в прошедшем времени. Но вы сами начали этот разговор. Нет, она никогда не перекрашивается в брюнетку. Это я знаю и без нашей Риммы.

– Кто еще с ней работал?

– Больше никто.

– Я имею в виду, к кому она обычно ходит на массаж?

– Здесь два специалиста. Инга и Филипп Станиславович. Инга делает массаж с использованием нашего фирменного масла, а Филипп Станиславович больше тяготеет к традиционной методике. Но мы все проверяли. В тот день госпожа Концевич не ложилась ни на первый, ни на второй массаж.

– Я могу поговорить с ними?

– Конечно. Они сейчас работают в салоне. Но их уже допрашивали следователи. Эти наши сотрудники не видели госпожу Концевич в тот роковой день. Честное слово, после этого случая я готова верить в привидения или в какую-то мистику. Мы даже провели эксперимент, бросали сверху веревочную лестницу. Но все равно даже крепкие мужчины не смогли бы ею воспользоваться. Она раскачивалась из стороны в сторону. Такая женщина, как госпожа Концевич, не имеющая специальной подготовки, никогда в жизни не смогла бы подняться по ней. К тому же ее увидели бы люди, идущие по улице.

– Убедили! – весело произнес Дронго. – Я тоже не буду верить ни в какую мистику. Но с вашими массажистами я бы хотел переговорить. С глазу на глаз, если можно. Первым пригласите, пожалуйста, Филиппа Станиславовича.

– Зачем вы его мучаете? – вступилась Олеся. – Бедняжку уже трижды допрашивали. Он ничего не видел в тот день.