Звездная тень
Место под солнцем лишь одно, даже если солнц – миллионы. Каждая цивилизация галактики имеет свое пpедназначение. Каждая yникальна и неповтоpима. Hо что стоит yникальность, если в ней нет свободы? Чего стоит место под солнцем, если тебе не позволено yйти в тень? И что стоит свобода, если она даpована свыше, если она пpевpащена в фетиш?...Петp Хpyмов понял, что звезды – лишь игpyшки в чyжих pyках. Он пpошел испытание абсолютной не-свободой, пpошел сквозь миp, где девиз "любовь, дpyжба и pабота" столь же лжив, как и на Земле. Он не знал, что миpы абсолютной свободы окажyтся еще стpашнее. Он не знал, что емy пpидется искать выход там, где выхода пpосто нет. И вновь обpатиться к пpеданной фоpмyле "любовь, дpyжба и pабота", чтобы попытаться спасти... спасти – не только себя.Читайте продолжение романа "Звезды – холодные игрушки"!
Я тебя возьму в свою группу.
Словно сочтя разговор законченным, Снег хорошенько обтер руки о траву, встал, побрел к берегу. Это что, все формальности? Будешь воевать в моей группе… никаких расспросов, никаких документов.
Я глядел ему в спину, и меня одолевало искушение прекратить комедию. Потребовать объяснений. Сказать, кто я и откуда, сообщить, что я понимаю – все происходящее лишь эксперимент…
Но тот единственный из тысячи шанс, что я и впрямь угодил в район местной военной заварушки, удерживал меня от поспешности.
– Повезло,– сказал Снег. Повернулся, махнул рукой: – Эй, Петр, а нам повезло!
Я подошел к нему.
Над поверхностью болота что-то двигалось. Что-то, напоминающее скорее утлый челн, чем машину. Никаких видимых приспособлений, никаких двигателей. Просто парящая над грязью лодка.
На носу этого бесхитростного транспортного средства стоял человек. В таком же обмундировании, как у Снега. Если он и управлял движением, то ему для этого не требовалось никаких пультов.
– Сейчас начнется разбор полетов,– Снег нарочито громко зевнул. И все же какое-то напряжение в голосе не позволяло поверить в его равнодушие.
У самого берега челн остановился, по-прежнему паря над землей. Мужчина в форме спрыгнул, подошел к нам. Я удостоился лишь беглого взгляда.
– Жив.
– Жив,– подтвердил Снег.
– Зря.
В голосе военного было презрение. Чем-то он напоминал Данилова, и внешне – такой же крупный, коротко стриженный, с излишне правильными чертами лица, и по поведению. Самоуверенный, властный… как полковник до всех наших передряг.
– Ты кто такой?
Это уже был вопрос ко мне.
– Петр. Я здесь недавно.
– Вижу, что недавно…
Мужчина бросил взгляд в сторону – и я вдруг понял, что он прекрасно видит врата.
– Садись в лодку."
"Я повиновался. Вблизи аппарат казался склеенным из бумаги. Впрочем, мой вес он выдержал даже не дрогнув. Никаких приборов или двигателей и впрямь не наблюдалось, сидений тоже. Я встал на «корме», наблюдая за происходящим.
Снег держал ответ.
– Ты вышел из зоны патрулирования,– брезгливо выговаривал ему прибывший.– Понимаешь? Ты бросил конвой. Потерял машину.
– Я сбил одного, капитан.
– Это не оправдание! Если бы после этого вернулся невредимый…
Развернувшись, мужчина двинулся к лодке.
– Бросить его здесь, паршивца, чтобы пешком добирался…– мечтательно сказал капитан.– А? Что скажешь?
– Мне кажется, не стоит,– быстро ответил я.
Капитан покосился на Снега через плечо:
– А ты как считаешь?
– Попробуйте,– с непонятной угрозой предложил Снег.– Вы имеете такое право…
Мгновение военный колебался. Все эмоции на его лице читались отчетливо, и я уж было поверил, что моему сотрапезнику придется идти через джунгли.












