12 шедевров эротики

Федосья Гавриловна и Лусьева стали подниматься по бесконечной петербургской лестнице: тусклой, узкой, грязноватой и не из ароматных. Экономка пропустила Машу идти вперед, а сама отставала только на ступеньку. Подниматься надо было на самый верх. У довольно обдерганной двери без дощечки Федосья Гавриловна дернула за звонок, и — Сезам тотчас же отворился: выглянула толстая рябая горничная, а за ней высился угрюмый детина с шрамом под глазом и в буйных кудрях. При виде Федосьи Гавриловны лица обоих приняли выражение подобострастного восторга. По коридору навстречу вошедшим спешила худощавая пожилая дама с льстивой и глуповатой улыбкой на изношенном и, заметно, знавшем много лучшие дни лице.

— Ах, душечка, Федосья Гавриловна! — взвизгнула она. — Ах, как я рада! А мы уже в отчаяние приходили… Ждем, ждем…

— Ты нас прямо к себе веди, — чуть кивнула ей экономка. — Там и разденемся.

— Слушаю, душечка моя! С особенным удовольствием!

По тесному коридору они прошли гуськом, стараясь не зацепить низко опущенную керосиновую лампочку, в небольшую комнату с множеством образов в углу и полочкой душеспасительных книг, над полуторной деревянной кроватью с высокими подушками и малиновым стеганым одеялом.

— Скидай шубку, — приказала Федосья Гавриловна Маше, только теперь здороваясь с дамой за руку. — Вот, познакомьтесь, что ли: Марья Ивановна — Евгения Алексеевна, хозяйка здешняя… У, шуть песский! Из всех квартир хуже твоего тычка, Евгения, для меня нет, шутка ли? Семьдесят три ступеньки!..

Она лоснилась, как атлас, и пыхтела, как паровик.

— Очень приятно сделать такое милое знакомство!

Дама протянула Маше худую холодную руку с вздутыми синими жилами.

— А «обже» ваш давно уже томится… просто сгорает нетерпением! Ах, только теперь я вас во всей вашей красоте, милочка, вижу!.. Что это? Прелесть какая вы хорошенькая!.. У нас такой даже еще и не бывало!.. Очень счастлива! Я вас, mademoiselle, давно знаю: по театрам видала, в цирке… Просто заочно влюблена в вас была: такая душка, радость, ангелок!.. И всегда, бывало, думаю: ну что она там у Рюлиной? Лучше бы к нам. И вот, наконец, какова судьба-то? — ну, ждали ли вы того? — привел Бог познакомиться!.

— Ты, Евгения, не трещи, — бесцеремонно оборвала ее Федосья Гавриловна. — Твоих всех слов до будущего года не переслушать. С кем энтот у тебя там?

— Его занимают Эмилия Карловна и Клавдюшка.

— Покличь-ка Эмилию сюда, а сама там покуда побудь-останься.

Дама ушла, не очень довольная, но все же, по привычке, льстиво и восторженно улыбаясь."

"— Это я для тебя стараюсь, — сладко сказала Маше Федосья Гавриловна, — хочу познакомить тебя зараньше с экономкою.