12 шедевров эротики

В то же время пришла фермерша с дочкой Зоей. Они уже протанцевали одно отделение и шли теперь выпить кофе.

— Следует только хорошенько подкрепиться, — проговорила госпожа Шампиньи, маленькая толстенькая, вечно смеющаяся женщина.

— Для танцев нужны тоже и ноги. Правду ли я говорю?"

"Она говорила им любезности, находила их обеих прелестными, глядела на них с восхищеньем, склонив голову, восторженно прихлопывала руками и потом перешла к своей Зое, которой скоро должно было исполниться девятнадцать лет, — самая чудная пора молодости. И Зоя, отведя немного в сторону Селину с Жерменой, рассказала им, что она два раза протанцевала с сыном Мортье, — с сыном фермера с «Большого-Поля», в двух милях отсюда.

Ее кавалер был студентом медицинского факультета, но на каникулы приехал к отцу. И много, ужасно много было смеха, когда толпа притиснула их одно время друг к другу, так что они не могли даже двинуться. После того, все отправились в нижний этаж, где Шампиньи принимали гостей. Там на покрытом белой скатертью столе стоял огромный рисовый торт с коркой шафранного цвета. Фермерша погрузила в него нож и нарезала несколько кусков.

Каждый взял по куску, который ему больше приходился по вкусу. Толстая девка с фермы вошла в комнату и, проговорив с широкой на лице улыбкой «Здравствуйте, господа», поставила на стол кофейник; из горлышка вылетал буроватый ароматный пар цикория.

— Еще чашечку, пожалуйста! Кусочек торта, — повторяла при каждом случае фермерша.

— Нет, спасибо. Достаточно. Меня и так разнесло, — говорила жена фермера Малуэна.

— Полноте, что вы! Не откажите.

— Ну, уж разве еще одну самую маленькую чашечку, — ради вас.

Вот-вот… Достаточно. Спасибо вам.

И госпожа Шампиньи продолжала, обращаясь к Селине и Жермене:

— Вам, видно, не нравится торт, что вы не кушаете? Что ты сидишь так, муженек, угостил бы барышень! Если бы вместо нас, стариков, были молодые люди, вы бы тогда уж кушали с охотой…

— О, еще бы, — сказала, смеясь, Селина.

— Видите вот ведь, что значит возраст! И Зоя будет скоро то же говорить! Она такая же станет, как и все девушки! Что же вы? Еще чашечку, пожалуйста!

Тарелки снова протягивались, и новые куски торта отягчали желудки.

Завязался разговор о телятах, поросятах, об урожае. Запах навоза со двора проходил через открытые окошки, и слышалось мычание коров в хлевах. Снаружи доносился шум деревенского веселья и крики «ура». Малуэны и Жермена вышли. Шампиньи провожали их.

Мельник Изар, к несчастью, тоже находился у своих дверей. Надо было зайти и к нему, как и к Шампиньи. Он оставался один в доме, но это ничего не значило. Он послал слугу за своими дочерьми, которые находились у Ронфлеттов.

Изар был вдовец.