12 шедевров эротики

А! я понимаю теперь, почему никогда нельзя смеяться над любовью… почему есть женщины, которые бросаются со всей непобедимой силой природного влечения в объятия зверей, чудовищ и которые кричат от страсти в объятиях демонов и сатиров…

Жозеф получил от хозяйки шестидневный отпуск, и завтра, под предлогом устройства некоторых семейных дел, он уезжает в Шербург… Решено… он купит маленькое кафе… Только в продолжение нескольких месяцев он не будет им сам пользоваться. У него там есть один верный друг, который займется этим пока…

— Понимаете, — говорит он мне… — Надо сначала его перекрасить, обновить… Оно будет очень красиво со своей новой вывеской, на которой золотыми буквами будет написано: «Французской Армии!» И потом я не могу еще уйти с своего места… Не могу…

— Почему так, Жозеф?.

.

— Потому что теперь это невозможно…

— А когда вы совсем уйдете отсюда?

Жозеф почесывает свой затылок, бросает на меня взгляд исподлобья и говорит:

— Пока я еще не знаю ничего… Может быть, через полгода… может быть, раньше, а может быть, и позже… Еще ничего нельзя знать… Это зависит… — Я чувствую, что он не хочет говорить… Тем не менее я настаиваю:

— От чего это зависит?

Он колеблется; потом говорит таинственным и вместе с тем возбужденным тоном:

— От одного дела… от одного очень важного дела…

— Но от какого дела?

— От дела… и конец!

Это произносится уже грубо, голосом, в котором не слышится гнева, нет, но слышится ясно нервное раздражение… И больше говорить об этом он не может… Он не говорит со мной ничего обо мне, это меня удивляет, и я испытываю горькое разочарование… Может быть, он изменил свои намерения на мой счет? Может быть, ему надоели мое любопытство, мои колебания?.

. Но ведь это только естественно, что я интересуюсь предприятием, в котором и я буду принимать участие, и буду делить успех или неудачу. Или, может быть, подозрения, которые я высказывала относительно изнасилования маленькой Клары, привели к разрыву между мной и Жозефом? По тому огорчению, которое я испытываю теперь, я чувствую, что мое решение насчет предложения Жозефа, решение, которое я меняла так часто из кокетства и желания его подразнить — твердо принято… Быть свободной… сидеть в конторе… приказывать другим… знать, что на тебя смотрят, за тобой ухаживают, тебя желают столько мужчин!. . И этого не будет? И эта мечта ускользнет от меня, как многие другие? Я не хочу показать Жозефу, что я готова броситься ему на шею… но я хочу знать, что у него на уме… Я делаю печальное лицо… и говорю со вздохом:

— Когда вы уйдете, Жозеф, дом потеряет для меня всякую прелесть… Я так привыкла к вам теперь… к нашим беседам…

— А, да!..

— Я тоже уеду.