Обнаженный любовник

Своей мягкой маленькой рукой она сняла его ладонь со своей шеи… и положила на свою грудь.

***

Сэвидж целовался лучше всех, кого Мэй когда-либо знала. Что, учитывая тех двух мужчин, кого она поцеловала за свои пятьдесят лет жизни, вероятно, звучало довольно скромно. Но блин… черт, ну честно…

Было ли что-нибудь лучше этого?

Проблема заключалась в том, что, несмотря на свое очевидное возбуждение, Сэвидж, казалось, застрял в восхитительной нейтральности."

"Их губы встретились, его язык дарил своим проникновением ошеломительные ощущения, ее тело полыхало от жара, как и его, но Мэй почувствовала его мощную сдержанность… и ждала, когда он начнет исследовать.

Ждала, когда можно будет исследовать самой. И все же он пока просто ее целовал.

Поэтому, да, в порыве нехарактерной решимости она определила сама, как далеко все зайдет, взяв его ладонь и приложив ее туда, где расцветала ноющая боль, которую она хотела, чтобы он успокоил своей лаской. Поцелуями. Как угодно.

Мэй ахнула, когда тепло его руки проникло через флис, рубашку и бюстгальтер. Словно, она была голой.

— Все нормально? — спросил он, отпрянув.

Когда она собралась ответить, Сэвидж провел большим пальцем по ее соску… и ее мозг мгновенно закоротило. Вместо ответа она наклонилась вперед и снова взяла в плен его губы, прижимаясь теснее к его ладоням… и он все понял правильно. Сэвидж гладил ее так, что она сбивчиво дышала в его рот, а затем проскользнул под одежду, на голую кожу. Когда он повел ладонями вверх, огладив ее ребра, Мэй схватила его за плечи.

Которые были такими широкими, что ей казалось, что она пытается ухватиться за дубовый ствол.

— Пожалуйста, — взмолилась она.

— Что ты хочешь?

— Прикоснись ко мне…

— Где. — Он поцеловал ее горло. — Я хочу услышать, как ты это говоришь.

— Мои… соски… снова…

Теперь он застонал и резко задрал обе чашки бюстгальтера к подмышкам. Когда его большой палец попал именно туда, куда она просила, Мэй снова ахнула, и ей так захотелось узнать, какими будут его губы, когда эта темноволосая голова опустится к ее груди, пробуя ее на вкус, отмечая ее…

Сэвидж отстранился так быстро, что ее руки упали с его плеч и опустились на ее колени.

Сбитая с толку, она посмотрела на свою мятую одежду и торчащие розовые соски, что выглядывали из-под слоев хлопка и флиса.

Она собиралась спросить его, что она сделала не так, что так его оттолкнуло, когда Сэвидж дернул ее одежду на место и отскочил назад. Как будто она стала радиоактивной.

— Что я сделала не так? — спросила она надломленным голосом.

Дверь подвала широко распахнулась, и морщинистое лицо Таллы выглянуло из-за дверного косяка.

— Я ведь никому не помешала?

Мэй моргнула.