А теперь, побегай ты!

– Не могу я так, лучше одна буду, – сказала я твердо.

– Вот и будешь всю жизнь одна, – зло выплюнула она.

– Лен, мне девятнадцатый год, рано меня в старые девы записывать.

– Да-да. – С видом знатока, Ленка язвительно качала головой. – У соседей котята родились, можешь уже выбирать себе спутника жизни.

Эти слова, сказанные с особой желчью, стали последней каплей. Взяв рюкзак, я молча вышла из беседки и, не прощаясь, пошла на пляж.

– Ты меня не подождешь? – капризно крикнула Ленка.

– Нет.

***

Постелив полотенце, я рухнула на камни, стараясь поудобнее устроиться. В бедро впилась галька, достав мешавший камень, я со злостью швырнула его в сторону.

– Эй, можно аккуратнее?! – крикнул мужчина, лежавший в паре метров от меня.

– Извините, – пробурчала я.

Надо было не лениться и пройти в конец пляжа.

Рядом раздалось шуршание: кто-то буквально в шаге устраивал себе место. Я с недовольным видом повернулась на источник шума.

– Подвинься, Евлампий, тут булыжник огромный, мне в спинку впиваться будет. – На меня смотрел веселый Киселев и показывал руками: «Двигайся-двигайся».

Схватив полотенце, я перестелила его метром дальше и с большим рвением начала очищать территорию.

– Девушка! – уже заорал мужик.

– Она больше не будет, – заверил Киселев и, развернувшись ко мне, добавил: – Ну, ты что бесишься? Привет. – Он обаятельно улыбнулся. – Год же не виделись.

– Привет.

И правда, что я бешусь?.. Я улыбнулась в ответ.

– Ну вот. – Парень, закинув руки за голову, растянулся на камнях. – Что нового, рассказывай.

Я окинула взглядом подтянутую фигуру Киселева и нервно сглотнула.

– Все по-старому, – выдавила из себя.

На горизонте мелькнула Ленка, она окинула нас взглядом, задержавшись на Лёне, многозначительно скривила лицо и зашагала в противоположном направлении.

– Не обращай ты на нее внимания. Ты все правильно сделала, что отшила того козла. – Я сняла солнцезащитные очки и, не моргая, уставилась на собеседника. – Вы сидели под моими окнами, а уж как кричали…

– Неудобно-то как… – Я схватилась за голову.

– Да ладно, мы ж с тобой старые друзья, все нормально. Ложись, позагорай, а то белая, как моль.

Я легла на живот и, повернув голову к Лёне, рассматривала. Его кожа уже приобрела золотистый оттенок, и я рядом с ним выглядела чужеродным белым пятном.

Парень расслабился и закрыл глаза.

– Не переживай, с такими лучше не связываться. Всю жизнь сломает, а ты будешь свято верить, что так и должно быть, – проговорил Киселев на выдохе.

– С такими, как ты? – вылетело у меня на автомате.

Его губы дернулись в улыбке.

– Хорошего же ты обо мне мнения.

Спину уже припекало, и я перевернулась. Лёня последовал моему примеру, и теперь он рассматривал меня, лежа на животе.

– Это не я, это люди говорят, – ответила я.