Ад находится в Камбодже

По-другому быть и не могло — мелкую сошку с полковничьими погонами не позовут.

Генерал-лейтенант Ремизов как один из заместителей сидел во главе стола, недалеко от главы министерства. Виталий Сергеевич старательно изображал на своем лице внимание, хотя все его мысли были далеко от совещания, и он лишь изредка прислушивался к словам министра.

— Это что же такое творится? Каждую неделю крупномасштабные ДТП с участием рейсовых автобусов. Такое впечатление, что какие-то маньяки устроили охоту на междугородный общественный транспорт или на места водителей набирают японских камикадзе… На дорогах ежедневно больше жертв, чем во время чеченской кампании.

Это что, война? Так хотелось бы узнать, кто нам ее объявил…

И снова генерал Ремизов погрузился в свои размышления. А подумать было о чем. Сегодня заканчивался срок, данный им олигарху Логинову, который по совместительству являлся одним из главных столпов наркоторговли в России.

«А что, если Сэй откажется? Ну, накроет мою группу; недаром же латиняне говорили: „Предупрежден, значит, вооружен“… Ерунда, пошлю еще три, пять команд спецназовцев; хотя, конечно, найти второго знатока того региона, как Давыдов, будет трудно… С другой стороны — почему трудно? Ведь вернулся не он один… Как бы там ни было, рано или поздно я до жирного косоглазого борова доберусь.

А потом и с этим хитрожопым разберусь. Аль Капоне хренов… Ну ничего, его доля от прибылей реально усохнет…»

— …Сколько нужно, чтобы реформировать дорожную инспекцию? — продолжал разоряться министр. — Сперва была ГАИ, потом ГИБДД, а результаты все хуже и хуже…

«Реформирование — не действие, а состояние», — мысленно процитировал самого себя генерал-лейтенант и невольно скосил взгляд на лежащий перед ним мобильник.

Телефон был предусмотрительно выставлен на вибрацию. Виталию Сергеевичу упорно никто не звонил.

«Да что он о себе возомнил, паскуда, — внутренне закипал Ремизов, к такому отношению он не привык. — Я уже завтра сверну в бараний рог его официальный строительный концерн. А потом…»

Что потом, замминистра пока не загадывал. Службу в милиции он прошел, что называется, с самых низов и потому знал наверняка — любые планы, наработанные не то что на годы или на месяцы, даже на дни — полное говно.

Оперативная ситуация может измениться в любую секунду, и на это необходимо реагировать мгновенно. Вот что называется «высшим пилотажем». Мысли в голове Виталия Сергеевича роились, как рой трутней в чужом улье: и вперед идти страшно, и назад улетать жалко. Но одно наверняка знал бывший оперативник МУРа — безвыходных ситуаций не бывает, просто иногда случается нехватка времени, чтобы обнаружить этот выход.