Адептка второго плана
Окунуться с головой в книгу – замечательный план на выходные. Но ровно до того момента, пока тебя в нее не затянет с головой. Причем не фигурально, а весьма реально. А автор (чтоб ему в собственном романе очутиться!) оказался щедр на неприятности для моей героини.Конечно, ее не жаль, она же второстепенная! Ну, подумаешь, потеряла магию, оказалась втянута в заговор против короны и ее хотят убить – это все детали фона, не стоящие читательского внимания!Только мне-то теперь как выбраться из этой истории? Может, попробовать вычеркнуть свое имя из текста? Но почему-то, едва я пытаюсь это сделать, мне мешают сразу все: обстоятельства, сюжет, герои… Особенно один. От которого следовало бы держаться подальше. Циничный, невыносимый, сдержанный аж до зубовного скрежета… В общем, отлично умеющий доводить. Начатое – до конца, врагов – до гроба, меня – до срыва, как нервного, так и с крыши, а еще… Так, стоп, какое, к редакторам, «до алтаря»?! Я на жертвенный не согласна! И на любой другой тоже!
Последняя встретила меня оглушительным гомоном, звоном посуды и густым, дразнящим ароматом чего-то жареного… хотелось бы мяса, а не сплетен. Хотя с учетом того, что я обедала бесплатно, здравый смысл намекал на второй вариант.
Я замерла на пороге, окидывая взглядом зал в поисках свободного места. За столами теснились адепты. Ни одного свободного места."
"Под ложечкой засосало, напоминая, что завтрак был до обидного скудным, а посиделки с харчо остались в далеком ночном прошлом. А в суровом настоящем была лишь пустота внутри меня. Если точнее – то в конкретной моей части. Животе. И то, что не было возможности оную быстренько заполнить, желательно в одиночестве, слегка раздражало. Вильда в сумке, почувствовав растущее во мне недовольство, подливая масло в огонь, ехидно хмыкнула:
– Великий воин Тофор Разящий Клинок говорил, что сила великого бойца – в его самообладании.
– А про силу голода он при этом ничего не упоминал? – уточнила я.
Ба предпочла прикинуться трупом и удостоила меня гробовым молчанием. Видимо, не нашла еще одной подходяще-колкой цитаты по случаю.
Я же отправилась на иные поиски – места. Если не в жизни, то хотя бы за столом. И вот, наконец, у самого окна я увидела трех адепток, которые обедали и что-то оживленно обсуждали. А стул рядом с ними был пуст. Не раздумывая, я направилась к ним, сумкой прижимая к боку возмущенно шикнувшую ба, чей покой (пусть и временно не вечный) я нечаянно потревожила, ударив торбой об угол одного из столов.
– Можно? – из вежливости спросила я, уже присаживаясь.
Девушки, увлеченные оживленной беседой, не ответили. То ли сделали вид, что так поглощены разговором, то ли и вправду не заметили. В любом случае меня это устраивало.
Дотронулась запястьем с академическим браслетом до столешницы, и передо мной появилась тарелка с тушеными овощами, в которых на этот раз были даже не эпизодические следы рыбы. А целый хвостик. Кажется, от леща. Ну и то хлеб. Хоть и без него: ломтя от ковриги так и не появилось. Зато чашка с горячим ароматным чаем наличествовала.
Я взялась за ложку и начала споро орудовать ею, когда до моих ушей донеслись обрывки фраз адепток:
– …ну, принц, конечно, мечта, но это нереально, – говорила девица с каштановыми волосами, смачно откусывая от явно пронесенного с собой в сумке пирожка. – А вот Риквар Хант…
– Тф, Хант! Да он подружек меняет чаще, чем иная леди носовые платки. А сколько девиц его пытались заманить, чтоб он их скомпрометировал… Так этот ушлый дракон ни на одну провокацию не поддался.















