Академия чаросвет. Отражение

Змея нырнула в песок, стряхивая с себя дровосеков, но стоило ей появиться, как они вновь вскарабкались на гибкое тело, и зеркальные брызги полетели из-под топоров.

Штандарт красных псов вдруг загорелся, и Грай Равий поскакал к командирам, а Тибальд, растерянно глянув на поле боя, скрылся в своем шатре. Выдохнув в прохладной тени, подошел к столу с разложенными на нем картами, раздраженно смахнул бумаги на пол. Все пошло не так. Толку от хитроумных планов, если все меняется каждый миг? Все красивые стрелочки, которыми он наметил наступление на город Альваро, сломались отрядами белых псов и подлым Монтегой, а сумеречное сопротивление окончательно превратило сражение в уродливую свару.

Не великие дома, а безродные шавки сцепились, и шерсть летела клочьями, а кровь заливала землю.

Но не сдаваться же, в самом деле? Такая блестящая операция не может завершиться бесславным поражением. Кем он войдет в историю? Проигравшим? Что нарисует будущее на великом ковре? Облезлого котенка или гордого льва?

Позади треснула ткань, и, обернувшись, Тибальд увидел узкое лезвие, прошившее плотную ткань шатра. Сообразив, что никто с добрыми намерениями не будет лезть к нему так, со спины, Тибальд ударил в него чаросветом, а после, разглядев в прорехе растянутый свитер — слишком теплый для солнечной стороны, выкрикнул:

— Волюнмеан!"

"Чарослово, поглощающее чужую волю, прогремело в тени шатра, но сумеречный разбойник, покачнувшись как от удара, шагнул вперед. А Тибальд рассмотрел и разбойничью рожу, и шрамы на лысой как камень башке, и темные глаза, в которых не было чаросвета, но зато светились и разум, и злость.

Тибальд вновь ударил его чаросветом, швырнул картами, стулом, набрал в грудь воздуха, чтобы позвать на помощь, но верзила оказался вдруг рядом, и твердые пальцы сжались на шее, отнимая возможность дышать. Он поднял его в воздух точно нашкодившего котенка, ноги потеряли опору. Тибальд отчаянно замахал руками, захрипел. Извернувшись, сумел ухватить цепочку на крепкой шее мужчины. Зеркальник в форме рыбки вынырнул из-под свитера, издевательски заблестел. Последним рывком Тибальд сорвал цепочку, и рыбка беззвучно упала на ковры, устилающие пол шатра. Удар чаросвета отнял последние силы, но мужик, даже падая, не разжал рук, а дернул ими, и что-то громко хрустнуло, заглушая даже грохот войны.

Тибальд представлял себе посмертие в виде бесконечного ласкового света. Но погрузился в глубокую холодную тьму.

Глава 28. Змеи

Дома вокруг площади были в два этажа, но чем дальше от центра, тем ближе к холодным звездам возносились стены построек. А с крыш открывался отличный вид.

— Как здесь тихо, — прошептала Мэди, и Бас сплел свои пальцы с ее.