Пациентка по межзвездной переписке

— Достали вы все! Можете подкатывать к сестре менее активно? Мне, дурнушке, знаешь ли, стоять и наблюдать, как вы тут оба раздираете пакет и рассыпаете на пол то, что, между прочим, я собрала, не в прикол вот вообще ни разу.

Вернувшись, она прошла мимо орша и скрылась в каюте вслед за Ками. Дверь закрылась.

— Это что сейчас было? — тихо спросил Нум.

— Пети терпеть не может, когда таскающаяся за Ками толпа мужиков начинает мешать жить ей.

Лукер меня услышал и обернулся на нас.

— У вас нет шансов, — я покачала головой. — Ками не ценит волокит. Она об них ноги вытирает.

— Даже так. А Пети? — он приподнял бровь.

— Не подбирает с пола и не донашивает мужиков за сестрой, — я понимала, как это звучит, но и врать смысла не видела.

— А я, значит, вещь? — на его скулах заиграли желваки, и, наверное, меня должно было это испугать. Но я сидела на руках у Нума, так что...

— С этого момента — да, — я кивнула. — Для Ками слишком легкий трофей, для Пети... И не взглянет больше.

— А ведь просто хотел помочь... — зло рявкнул он и, обойдя нас, направился в сторону лестницы на мостик.

— Я его обидела, — тихо шепнула, провожая русоволосого орша взглядом.

— Скорее, проучила, — отмахнулся Нум. — Ему полезно. Насколько я помню, у него вечные проблемы из-за женщин. Даже доучиться не смог. Не удержался и выпрыгнул из штанов.

— В смысле? — не поняла я.

— Лукер у нас вечная жертва неразборчивых связей. Совершенно не умеет разбираться в женщинах.

— Бабник, — смекнула я.

— Хронический. И ему будет полезно общение с твоими сестрами. Может, поставят его на место.

— Жестоко...

— Нет, Лиля. Жестоко было отправлять меня к бабушке с новостью, что его вышибли с последнего курса академии.

И ладно бы не тянул он учебу. Но нет же, среди лучших числился. Начал крутить шашни с какой-то там преподавательницей, которая при этом ходила в официальных любовницах у ректора. Грязная история, Лиля. И вот сообщать амаше, что ее младший неи с позором вышвырнут из учебного заведения, которое когда-то с отличием закончила она, было действительно жестоко. У нее столько надежд на него было. И...

Нум как-то зло махнул рукой. Я снова повернулась в сторону ушедшего Лукера.

— Папе только пока не рассказывайте, — осторожно попросила, догадываясь, какая у него будет реакция.

— Об этом говорить тоже не принято в семье, — Нум кивнул. — Еще теплится надежда, что он возьмется за ум и получит профессию.

В каюте у девчонок снова послышалась активная возня. Дверь разъехалась, и показалась покрасневшая от злости Ками, она волоком тащила очередной пакет с мусором.

Как и до этого Пети, скрутила его, завязала и отправила в утиль. Зыркнув на нас недовольно, вернулась обратно.

— Шкаф освобождают, — прокомментировал их действия Нум и двинулся дальше.