Александр Агренев. Трилогия (СИ)

Хотя… не так давно я был на охоте в Гатчине.

Пристав совершенно неожиданно для самого себя замер.

— И с удивлением узнал, что сам государь-император иногда любит развлечься таким вот образом. Да и великие князья не брезгуют подобным делом — по настроению, конечно.

От таких рассказов замерли вообще все присутствующие. Дальнейший разговор как-то сам собой свернул на нейтральные темы и стал понемногу угасать. Да и вообще, собеседник его сиятельства как-то внезапно вспомнил об ожидающих его делах, и стал потихоньку собираться — успев между делом пообещать князю Агреневу, присмотреть за его сослуживцем.

Чтобы, значит, злые люди не обижали — из тех, кто властью не обделен. Попрощался, вышел за калитку… и тут же подозвал к себе исстрадавшегося в ожидании неприятностей старосту. Злорадно улыбнувшись, Марыся на пять минут прилипла к небольшому оконцу в сенях-прихожей, пытаясь разобрать все то хорошее, что изливал на поникшую голову Прокофия Афанасьевича полицейский чин. К очень большому своему сожалению, так ничего и не услышала — но и увиденного оказалось вполне достаточно. Главный общинник всей своей фигурой излучал вселенскую тоску и печаль, и явно очень сожалел о проявленном усердии. И надо сказать, излучение это заметно усилилось, после того как становой пристав соизволил потрясти своим пудовым кулачком возле лица старосты. Вернувшись в теплую горницу, хозяйка как раз успела услышать окончание легкого выговора-внушения, что делал офицер-пограничник своему бывшему денщику.

— Работа у него такая, за порядком следить. Понял?

— Понял, Александр Яковлевич. Растерялся я малость, чего уж там, вот и получилось невежливо."

"— Ну а раз понял, недельки через две навести его с каким-нибудь гостинчиком, прояви толику уважения.

Обязательно извинись, да в общих чертах обрисуй, чем следующий год заниматься будешь. Все равно сам спросит, рано или поздно.

Проследив, как муж покосился на бутылку со сливовой наливкой, женщина догадалась, что именно получит в подарок становой.

— Александр Яковлевич, а вот то, что вы про царя-государя говорили — оно и в самом деле так?

Утвердительный ответ хозяин дома переварил с заметным трудом и даже некоторой оторопью — картина императора Александра третьего, с колуном в руках и разбросанными вокруг поленьями, в его голове не укладывалась никак.

Совсем никак, ибо рушила всю привычную картину мироздания, в которой император правил и думал о благе своих подданных, военные служили, а крестьяне пахали землю. Марысе же было не до удивления — вначале домой вернулась дочка и ее тут же погнали мыть руки и испачканную в чем-то мордашку. Затем гость спустил со второго этажа весь свой невеликий багаж, и она вспомнила о необходимости собрать чего-нибудь в путь-дорогу.