Александр Агренев. Трилогия (СИ)
Попаданство. По вине катаклизма наш современник оказался в теле Александра Агренева, молодого выпускника Первого Павловского военного училища. Как выживет он в мире, который для него чужой? Поплывет ли по течению или воспользуется шансом построить свою жизнь заново? Бойтесь желаний своих, ибо они имеют свойство сбываться, обычный человек в веке двадцать первом и ставший титулованным аристократом и офицером пограничной стражи в веке девятнадцатом, Александр проверил истинность этого утверждения на себе. Поначалу он просто очень хотел выжить в чужом для него времени и мире. Потом – жить нормально, не экономя скудное жалованье корнета-пограничника. Затем появилось еще одно желание, другое, третье… и как-то так вышло, что теперь, на шестом году новой жизни, он – оружейный магнат, изобретатель, успешный фабрикант и обладатель миллионного состояния. Все сбылось, всего достиг… Или не всего? Странное желание будоражит кровь князя Агренева, не дает спокойно спать и жить. Дикое и неразумное в своей простоте и невозможности желание – провести корабль империи сквозь две революции и две войны…
И Сонину с Гертом и прочими, кто на фабрике работает. А вот Лунева обидеть могут очень даже просто — подошлют пару-тройку новообращенных фанатиков, и лишится Вениамин Ильич самого дорогого для мужчины.
— Хе-хе…
— Я не шучу. Бывали, знаешь ли, прецеденты. Так что усиль-ка ты нашего главного юриста полноценным звеном охранителей.
В один миг растерявший все свое веселье, Долгин резко кивнул.
— Сделаем.
— Список подходящих для своей тренировки господ ты найдешь у Горенова, он же тебя и проконсультирует, в случае необходимости. В действиях полная самостоятельность, но учти — попадешься, я очень сильно огорчусь.
***
— Всем отойти в сторону и надеть защитные очки!"
"Главный специалист по двигателям, руководитель конструкторского бюро, один из трех основных заказчиков экспериментального производства фабрики и все такое прочее, Борис Григорьевич Луцкой безропотно удалился на требуемое расстояние. После чего, все так же без малейших возражений одел уродливого вида очки с сильно затемненными стеклами, покрутил головой, привыкая к их неудобству и тяжести, и застыл в ожидании.
— Ну-с, господа, а теперь прошу освидетельствовать конечный результат.
Молоденький мастеровой, еще недавно бывший на положении ученика на Мотовилихинском казенном заводе (именно оттуда пришла очередная новинка), горделиво приосанился и положил две равномерно сваренные пластины стали на кусок черной жести, выполняющий роль обычного подноса.
— Господа, господа, не все сразу!
Наведя среди своих и чужих подчиненных некое подобие порядка, начальник станкостроительного производства отошел немного в сторонку. К нему тут же присоединился Луцкой и они принялись вполголоса обсуждать свои дела, и даже шипение и треск нового ""представления"" не прервали их беседу. Разве что заставили спешно повернуться спиной и отойти еще на несколько шагов.

















