Алиби для землеройки

Можешь заставить сейчас грянуть грозу? Нет. И я никогда не стану твоей, даже на час. Мы птицы разного полета. Мальчик, ищи себе девочку по средствам».

Портнов улыбнулся:"

"– Я с такими бабами раньше никогда не сталкивался. Сижу молча. Почему не ушел, когда она сигарету швырнула в кусты? Не знаю. Похоже, Нора гипнозом владеет и вмиг поняла, какое впечатление произвела на меня… Опустив меня ниже плинтуса, женщина встала, улыбнулась: «Приятно было посидеть с наивным ребенком. Надеюсь, тебя жизнь не испортит», – и медленно пошла в сторону шоссе. Вот такая встреча. Я потом несколько дней ходил словно в тумане. Обидно, когда к студенту-отличнику и герою-любовнику курса обращаются с хорошо слышимым пренебрежением: «Мальчик». Хотелось ей возразить: «Я мужчина!» Но мы больше не встречались. И вот по сию пору я помню, как она меня в тот день, когда мы на скамейке вместе сидели, окончательно добила. Чем? Смотрю, как женщина красиво в туфлях на высоких каблуках прочь от скамейки шагает. Студентки наши, когда натягивали подобную обувь, ковыляли, словно бабки, а Нора… шла, как птица летит. Воткнулся ей в спину взглядом, она, похоже, его ощутила, обернулась. «Мальчик, не плачь! Просто пойми: у тебя нет ничего, чтобы такую, как я, заинтересовать… Хотя ты милый. Могу посоветовать, где найти подходящую пару. Там много симпатяжек, Папа Карло только миленьких на работу берет. Вот они за пирожок с повидлом тебя полюбят. Запоминай адрес: улица Большая Полянка…»

Федор вздохнул:

– Дом не помню. Улицу из памяти не выкинул из-за книжного магазина. Постоянно туда забегал и до сих пор, когда в Москве оказываюсь, непременно туда захожу… Больше ничего рассказать не могу.

– Как считаете, Никита жив? – спросил Степан.

Федор поджал губы:

– Понятия не имею. В молодости он был редким хитрецом и чем-то мутным занимался… Простите, пора на консультацию. Наверное, в коридоре народ уже скопился.

Экран погас. Саша начала бегать пальцами по клавишам одного из ноутбуков и через пару минут сказала:

– Папа Карло – это прозвище…

– …Романа Афанасьева, – неожиданно перебил ее Степан.

– Откуда знаешь? – вылетел из меня вопрос.

Муж улыбнулся:

– Помнишь Рому? Он в соседнем доме жил.

– Ну… смутно, – призналась я. – Ты на несколько лет старше меня. Сейчас наша разница в возрасте вообще незаметна, но в детстве даже один месяц важен. Я не общалась с твоей компанией. Вы, на мой взгляд, были взрослые, а я маленькая. Подростки пытались надо мной поиздеваться, но спасибо тебе, их вожаку, ты взял меня под опеку.

Степа тихо рассмеялся.

– Рома кудрявый, длинный, тощий. Мама его – Олимпиада Владимировна. Кто отец, неизвестно.

– Тетя Липа! – обрадовалась я. – Вот ее не забыла, она работала на кондитерской фабрике.