Алиби для землеройки
Успех – это гора, на вершину которой ты забираешься весь в синяках. И тогда о тебе и вспоминают все, кто когда-то бросил и ушел, обозвав неудачником. В агентство Степана и Виолы обратился успешный бизнесмен и талантливый стилист Марк Иванов. Он хочет найти свою настоящую маму. Еще в детстве Марк был брошен родителями и вырос в детском доме, смирившись с мыслью, что никому не нужен. Однако недавно он получил таинственное письмо от матери, умершей в тюрьме. Оказывается, он вовсе не ее биологический ребенок, а был украден и подменен в роддоме. Чтобы раскрыть загадку происхождения Марка, Таракановой пришлось изрядно покопаться в клубке давних интриг: махинации врачей, сговор медсестер, жаждущие власти богачи и отчаянные попытки молодой женщины спасти свою семью. Наконец результат можно предъявить клиенту. Вот только теперь Виола уверена, что история эта Иванову совсем не понравится…Дарья Донцова – самый популярный и востребованный автор в нашей стране, любимица миллионов читателей. В России продано более 200 миллионов экземпляров ее книг.Ее творчество наполняет сердца и души светом, оптимизмом, радостью, уверенностью в завтрашнем дне!«Донцова невероятная работяга! Я не знаю ни одного другого писателя, который столько работал бы. Я отношусь к ней с уважением, как к образцу писательского трудолюбия. Женщины нуждаются в психологической поддержке и получают ее от Донцовой. Я и сама в свое время прочла несколько романов Донцовой. Ее читают очень разные люди. И очень занятые бизнес-леди, чтобы на время выключить голову, и домохозяйки, у которых есть перерыв 15–20 минут между отвести-забрать детей». – Галина Юзефович, литературный критик.
Она часто мне кулек печенья дарила, а на день рождения всегда приносила торт. Один раз он был в виде шоколадного дворца – до сих пор его помню!
– Ромку мать пристроила в кулинарное училище, – продолжил муж. – Тот ныл: «Не хочу у плиты торчать!» – но мать настояла. В армию его потом забрали, он служил поваром в офицерской столовой. Вернулся домой и через год, наверное (или чуть больше времени прошло), где-то денег нарыл, открыл клуб на Большой Полянке, назвал его «Папа Карло и Буратины» (именно так, во множественном числе). Модное по тем временам было заведение, при нем ресторан. Теперь Ромка – владелец сети трактиров.
Степан вынул телефон и через короткое время заговорил:
– Привет! Можешь немного времени уделить? В нашем деле неожиданно всплыло твое имя… Хорошо, давай по «Зуму».
Глава двенадцатая
– Вилка! – обрадовался полный мужчина. – Надеюсь, больше не злишься на меня за жвачку в волосах? Я ею в тебя швырялся – нравилось слушать, как ты от злости шипишь!
– Привет, – ответила я. – Тебя не узнать.
– Эх, раскабанел маленько, – покачал головой Рома, – люблю вкусно пожрать. Очень рад тебя видеть! Степа, в чем проблема?
– «Папа Карло»… – начал Дмитриев.
– Тю! – перебил его друг детства. – Ты еще вспомни, как мы на железную дорогу ходили и на спор перед поездом пробегали!
– Жуть… – испугалась я.
– Все живы остались, – махнул рукой Роман, – Господь дураков бережет.
– У тебя в «Папе Карло» работали девочки, – продолжил Степан. – Кто они?
– Буратины? – опять развеселился мужчина. – Стриптизерши. В то время такие девки просто у шеста вертелись. В основном это были бывшие спортсменки. А я придумал театр! Папу Карло играл Никита – ты его вряд ли знаешь, он не из нашего двора, вообще не москвич. Наклеивали ему бороду. Танцевал студент шикарно, но не раздевался. Каждую неделю представления менялись, темы были самые разные. Буратины, почти голые, занимались домашним хозяйством – стирка, уборка, готовка… На сцене нужный реквизит был. В ванне они мылись, с любовником в кровати развлекались. Папа Карло их воспитывать пытался. Я изобрел новый жанр – спектакль-стриптиз. Народ валом валил.
– В качестве Папы Карло у тебя работал этот Никита? Фамилию парня помнишь?"
"– Да ну! Меня тогда персональные данные не волновали. Другое требовалось: умение бойко плясать, общаться с публикой, внешний вид, речь нормальная. Ну и справка из вендиспансера, что триппера, сифилиса и всего такого нет. Папы Карло у меня часто менялись – одни сами уходили, других я выгонял, – потом Никита появился, он не один год проработал. И у Буратин ротация была бесконечная. Они потанцуют месяц, найдут себе мужиков из посетителей – и досвидос! Я не дергался – подтанцовок море, парней тоже полно. Две репетиции – и в коллектив влились.

















