Сахар со стеклом

 – Сегодня вечером у нас будут гости. Деловой ужин с партнёром отца. Ты должна соответствовать, раз уж теперь ты часть семьи.

Глава 17

ЛексЯ спустился в гостиную аккурат к семи. Николай Ермолаенко – партнёр по бизнесу и друг отца, уже приехал. Но друг, я думаю, он так себе. Такие акулы истинными друзьями не бывают. Однако бизнес-партнёрство у них с отцом уже более двадцати лет, так что да – в какой-то степени Ермолаенко – друг семьи. Ну и конечно же с ним приехал его сын Антон.

Антон Ермолаенко, или попросту Ермолай – мой давний «приятель». Именно так, в кавычках. С Тохой мы знакомы с детства.

Только он старше меня на два года, и учится в универе. Сколько себя помню, мы всегда соперничали, старались друг другу насолить. Ему всегда нужно было то, что было моим: моя тёлка, победа в заплыве, даже внимание моего отца на совместных мероприятиях, коих за период нашего взросления было не сосчитать.

Но в последнее время Ермолай не удостаивал нас посещениями, а это, глядите-ка, припёрся. И, кажется, я знаю, какого чёрта он тут забыл.

– Привет, Лекс, – Антон протянул руку после того, как я поздоровался с его отцом, и нарочито мило улыбнулся.

 – Давно не пересекались.

– Привет, Антон. Ты прав, давно. Что же подвигло тебя приехать?

– Взрослею, – улыбка не сходила с наглой рыжей морды. – Отец говорит, пора вникать в дела компании. Это ты у нас ещё школяр, можно не напрягаться. Вот сдашь экзамены, поступишь в ВУЗ, и тебя в свой узкий круг позовём.

Мудак. Уже не знает, чем меня зацепить. Помню, как у него подгорело, когда Демьян привёл меня на аукцион. В клубе мы оба состояли давно, а вот к аукционам «Чёрного дракона» допускают не всех. Мне едва восемнадцать исполнилось, когда я впервые там оказался, с полгода назад, а вот Тохе пропуск дали всего на месяц раньше меня.

Вони было – жесть. И пару раз из-за лотов мы с ним тоже схлестнулись, правда словесно, иначе бы обоих попёрли. И каждый раз последнее слово оставалось за мной. Поэтому-то сейчас его взгляд так и горел.

– А ещё я слышал, что у вас в семье пополнение, – драный лис растянул лыбу ещё шире. – Твой отец всегда сетовал, что у него нет дочери, чтобы наши семьи породнились.

Хрен тебе, грёбаный ты придурок. Я хоть терпеть не могу мелкую бестолочь, но даже ей тебя не пожелаю.

– Остынь, Тоха, кобылка не породистая, тебе не зайдёт.

Взгляд Ермолая уплыл куда-то мне за спину. Бестолочь. Она спустилась с лестницы и теперь мялась возле отца, который представил её партнёру. Платье надела с глухим воротом, чтобы не видно было обожжённой кожи. Не так уж сильно она и обожглась, так, покраснело немного – успел заметить сегодня. Но один хрен – Ирка отгребёт своё. Я не запрещал чмарить её, но трогать разрешения не давал.

Волосы наверх подобрала, шею открыла.