Антология советского детектива-30. Компиляция. Книги 1-20
Настоящий том содержит в себе произведения разных авторов посвящённые работе органов госбезопасности, разведки и милиции СССР в разное время исторической действительности.Содержание:1. Евгения Владимировна Леваковская: Нейтральной полосы нет 2. Георгий Александрович Лосьев: Рассказы народного следователя 3. Рудольф Рудольфович Лускач: Завещание таежного охотника (Перевод: Л. Якубович)4. Николай Семенович Лучинин: Будни прокурора 5. Владимир Александрович Мазур: Граница у трапа 6. Артур Сергеевич Макаров: Аукцион начнется вовремя 7. Артур Сергеевич Макаров: Ночной хищник 8. Борис Тихонович Мариан: Ночной звонок 9. Валентин Сергеевич Маслюков: Детский сад 10. Леонид Михайлович Медведовский: Третья версия 11. Виталий Григорьевич Мелентьев: Сухая ветка сирени 12. Иван Александрович Менджерицкий: По методу профессора Лозанова 13. Валерий Сергеевич Меньшиков: Цветы на асфальте 14. Игорь Александрович Минутко: Двенадцатый двор 15. Пантелей Георгиевич Михайлов: Операция «Сокол» 16. Андрей Алексеевич Молчанов: Кто ответит? 17. Владимир Алексеевич Монастырев: Свидетель защиты 18. Николай Москвин: Два долгих дня 19. Татьяна Викторовна Моспан: Сезон для самоубийства 20. Лев Вениаминович Никулин: Высшая мера
Не лицо — чернота какая-то. — И, будто извиняясь, добавил: — Не то, чтобы нож заворожил. За внучку боялся.
— А второго не разглядели?
— Не видел, у стенки уже стоял. Хотя шаги его слышал, тяжелые шаги, аж половицы скрипели. А знаете... Постойте, постойте. Слово такое припомнилось. Из боковушки услышал, когда веревками затянули и на пол кинули.
— Какое слово?
— «Я на стрем!» Что оно на их зверином языке значит, не ведаю, только голос тот как сейчас слышу. А больше не было разговора...
— А сколько они находились в помещении, сказать не сможете?
— Я ведь, извиняюсь, звать вас не знаю как, у своей жизни секунды отсчитывал, могли они и часами показаться.
— Ну хотя бы примерно? Нам это очень и очень важно.
— Минут двадцать наберется, или чуток больше, тут уж не обессудьте. А вот внучонка когда заявилась, припоминаю: без четверти десять было. Ждал я ее очень.
— Что ж, спасибо, Борис Иванович. Мы вас, конечно, еще потревожим. Как без этого, дело требует. Если что припомнится, вот здесь на бумажке телефончик записан.
Вышел Панкратьев. Алексей не сразу к себе листок бумаги придвинул. Не спешил записывать не продуманные до мелочей и не получившие ясной законченности мысли. Размышления всегда рождали новые, порой неожиданные направления поиска.
Уехал в больницу Сушко. Разрешит врач — поговорит с внучкой Панкратьева, может, что та и припомнит. Только на это надежды мало. Поджидать или догнать ее преступники должны были у крыльца, и, пожалуй, совершили нападение в тот момент, когда она попросила деда открыть дверь.

















