Антология советского детектива-30. Компиляция. Книги 1-20

Он бы изрядно удивился, если бы Зинаида Харитоновна сказала, что ведет литературный кружок она.

Но удивляться не пришлось, кружок вела Ольга Степановна Бекетова, которая, как сообщила Зинаида Харитоновна, вот-вот должна прийти — у нее первые уроки во второй смене.

Андрею Аверьяновичу повезло: Бекетова пришла минут за сорок до начала своих уроков. Худенькая, подвижная, с лихорадочным румянцем на высоких скулах, она так и вцепилась в Андрея Аверьяновича.

— Очень хорошо, что вы к нам пришли, а то я сама собиралась вас разыскивать. Где бы нам расположиться? Подождите… — Куда-то сбегала и, вернувшись, повела Андрея Аверьяновича на третий этаж, в пустой класс.

— Садитесь. — Подвинула ему учительский стул, сама, откинув крышку, села за первую парту, подперла щеки кулаками. — Я вас слушаю.

— Это я вас хотел послушать, — улыбнулся Андрей Аверьянович. — Что он за человек, Олег Седых, и как, по вашему мнению, дошел он до жизни такой, что сидит в следственной тюрьме?

— Это очень способный, — решительно начала Бекетова, — я бы сказала, одаренный юноша. Очень ясный и добрый по характеру, по мыслям своим, совершенно не способный совершить то преступление, в котором его обвиняют.

— Но он признался, что совершил преступление.

— И все равно я не могу поверить.

— Вы его давно знаете?

— Пять лет.

— Вы знаете его по кружку?

— Да. Учится он у Зинаиды Харитоновны, но, уверяю вас, я его знаю не хуже любого из учителей, которые с ним занимаются в классе. В кружке ребята раскрываются так, как никогда не открываются на уроках. А сколько раз мы шли с занятий все вместе, спорили, думали вслух! Нет, Олег не способен на преступление.

В течение часа Андрей Аверьянович услышал два совершенно разных отзыва о своем подзащитном, два мнения. Собственно, у Зинаиды Харитоновны Загорулько ее личного мнения вроде и не было, просто она легко поверила в преступные возможности своего ученика. Другая не хотела верить. Может быть, Олег поворачивался к ним разными гранями своего характера, и поэтому они видели его так разно?

— А вот классный руководитель Олега Седых, Зинаида Харитоновна, полагает, что он мог совершить преступление, — Андрей Аверьянович произнес эту фразу так, будто размышлял вслух.

"— Что ж, ее можно только пожалеть. Трудно жить на свете, не веря в добрые начала своих учеников. По натуре Зинаида Харитоновна не злой человек, но она не на своем месте, поэтому раздражена, задергана. Диплом об окончании педагогического института у нее есть, а настоящих знаний, культуры нет. Она может сказать «велисапед», прочесть «жа́ркое» вместо «жарко́е», а ученики все подмечают, поправляют ее, посмеиваются над ней.