Антология советского детектива-30. Компиляция. Книги 1-20

С Игорем Седых, это старший брат Олега, у нее были конфликты, которые доходили до педсовета. Игорь был мальчик резкий, невоздержанный, она его просто не терпела. Ну, и он ей отвечал тем же. У нее и с Олегом был конфликт. Когда проходили «Войну и мир». Писали они сочинение по вопроснику, и был там такой вопрос: «Героическая гибель Пети Ростова». А Олег написал, что Петя Ростов погиб нелепо, и ни о какой героической гибели речи быть не может. Зинаида Харитоновна поставила ему двойку, хотя работа была написана толково, грамотно, самостоятельно. Потом, когда эту историю разбирали, у нее спрашивали, откуда взяла она тот сомнительный вопросник.

Оказывается, из давнего методического пособия, которого придерживалась слепо…

Бекетова умолкла и коротко усмехнулась:

— Вы не подумайте, пожалуйста, что я из каких-то недобрых побуждений дурно говорю о товарище по работе. Я говорю так, чтобы вы поняли, почему Загорулько может поверить в виновность Олега. Она просто не знает его и скорей всего не отличает от старшего брата, который доставил ей так много неприятностей.

— А в них много общего?

— Вы имеете в виду Игоря и Олега?

— Да.

— Нет, они очень разные. Даже внешне. Игорь похож на отца, лицо красивое, но холодное, временами надменное. Олега вы видели?

Андрей Аверьянович кивнул.

— Этого красавцем не назовешь, но симпатию к нему испытываешь сразу. И характеры у них разные: Олег открытый, восторженный. Игорь замкнутый, недоступный, у него и товарищей было немного: он обязательно должен был подавлять и командовать.

— И Олегом?

— Как вам сказать… Не могу привести примеров, но думаю, Олег позволял ему командовать.

Он любил Игоря, и я сама слышала, как не без горечи говорил, что многие, в том числе и учителя, не понимают Игоря.

— Игорь тоже увлекался литературой?

— Нет, он сильней был в точных науках. Они во всем были разные, в склонностях и увлечениях тоже.

— Скажите, Ольга Степановна, а не могло случиться, что впечатлительный, начитанный и, наверное, склонный к самоанализу молодой человек, я имею в виду Олега Седых, подобно Федору Раскольникову испытал острую потребность в самоутверждении? Тот убил старуху, этот ограбил.

— Что вы, что вы! — Бекетова даже ладошками закрылась от Андрея Аверьяновича. — Совсем это не похоже на Олега, он очень ясный, открытый, без этих самых темных извивов души. Вот уж кто не годится в герои Достоевскому, так это Олег Седых.

— У Достоевского, знаете ли, разные герои. Очень разные. Одно их только, пожалуй, роднит — одержимость, очень русская черта… Кстати, работы Олега, которые он читал в кружке, не сохранились?

— Сохранились.

— И вы их мне дадите?

— Конечно.