Антология советского детектива-30. Компиляция. Книги 1-20

— Для Игоря?

И снова испуг мелькнул в глазах Олега, и он вместо ответа пожал плечами. Андрей Аверьянович опять почувствовал жалость к этому доверчивому и запутавшемуся молодому человеку. Он встал, походил по комнате, остановился у окна. Оттуда сказал:

— И вот что еще усложняет, а может быть, и упрощает дело: оказывается, есть человек, который утверждает, что в то время, когда было совершено нападение на пенсионерку Козлову, вы смотрели в кино «Нюрнбергский процесс».

Олег, до того сидевший на табуретке ссутулясь, опустив руки между колен, резко выпрямился.

— Да, да, — продолжал Андрей Аверьянович, — есть такой человек, и зовут его Маша Смирнова.

Она тоже не верит, что Олег Седых мог совершить преступление, да еще такое обдуманное и жестокое. И она…

— Она ничего не знает! — выкрикнул Олег.

— Но мы-то с вами знаем, что напали на Козлову во вторник, около пяти часов дня.

— И вы ей сказали? — в голосе Олега было отчаяние.

— А Маша знает, что в пять часов дня в тот злополучный вторник Олег Седых сидел рядом с ней в кино и восторгался игрой Спенсера Треси. И она скажет это в суде, куда я вызову ее свидетелем.

— Вы не сделаете этого, — Олег вскочил.

— Я это сделаю, если вы будете упорствовать.

— Я откажусь от защиты.

— Вы несовершеннолетний, и суд не примет ваш отказ во внимание.

— Но что же делать?! — воскликнул Олег. — Я не хочу, чтобы Машу вызывали в суд. Вы можете меня понять? Вы же защитник, а не следователь, не обвинитель, почему же вы не хотите меня понять?

Андрей Аверьянович подошел к Олегу, положил руку ему на плечо и мягко сказал:"

"— Сядьте и успокойтесь.

Олег сел и, поставив локти на стол, обхватил голову руками. Андрей Аверьянович прошелся по комнате и тоже сел к столу.

— Я стараюсь вас понять, — сказал он. — Я действительно защитник, а не обвинитель. И не следователь, хотя мне и пришлось на некоторое время им стать. Я должен защищать ваши интересы в суде и не имею права отягчать ваше положение. И не хочу этого делать, мы можем обойтись без помощи Маши Смирновой.

Олег отнял руки от головы.

— Значит, вы не вызовете Машу в суд?

Андрей Аверьянович ничего еще не обещал ему, но Олег уже воспрянул духом, каким-то шестым чувством уловив, что он может обещать.

Внутренне усмехнувшись, Андрей Аверьянович подумал, что беседа его с подзащитным, если послушать со стороны, выглядит странно.

В самом деле, опытный, немолодой адвокат, имеющий в руках доказательство невиновности подзащитного, из каких-то непонятных побуждений готов выпустить это доказательство из рук, отказаться от него. А он собирается отказаться, Олег правильно угадал его готовность. Что до побуждений… Андрей Аверьянович очень хорошо понимал страстный протест Олега против того, чтобы Машу вызвали в суд как свидетельницу.