Антология советского детектива-30. Компиляция. Книги 1-20

На его вопрос Рубова ответила, что «Известию» они получают, муж выписывает на работе.

Окончив допрос, Глебов попросил хозяев пригласить в качестве понятых соседок Зайцеву и Воронько."

"— Простите, но я должен сделать у вас обыск, — произнес он извиняющимся тоном. — Я обязан это сделать по долгу службы, хотя и понимаю, что вы ничего не скрываете и ни в чем не виноваты. Но могло же случиться, что Григорий что-нибудь принес и оставил у вас, не сказав вам.

Хозяева согласились, хотя видно было, что они подавлены этой неприятностью.

Пока Рубов ходил за соседями, следователь достал из папки бланки, написал постановление на обыск…

Обыск ничего не дал.

Глебов изъял только фотографию Белякова и два его старых письма с конвертами. Впрочем, хозяйка сама предложила их следователю еще до обыска.

Домой Глебов возвращался уже в одиннадцатом часу ночи.

«Почему Анна Гармаш не сказала мне о разговоре с Рубовыми, об отрезах, о посещении Белякова? — размышлял он, шагая по темной улице. — Забыла? Нет, наверное, ей просто в голову не пришло, что убийство может совершить человек, давно и близко знавший их семью, друг ее детства и юности… Какой мерзавец!» — подумал Олег Николаевич, вспомнив, как зверски расправился убийца со старой женщиной, знавшей его еще ребенком.

IX

Лавров слушал доклад Глебова о вчерашнем расследовании.

— Рубовых я пригласил сегодня к десяти, — сказал следователь. — Может быть, вы сами побеседуете с ними?

— Нет, я прочел протокол, вы допросили их хорошо. Только нужно предъявить им полуось. Может, опознают? — предложил Лавров.

— Совсем забыл! — спохватился Глебов. — Хорошо, что напомнили, Юрий Никифорович.

Это я сейчас же сделаю. А потом допрошу Шустову, о которой говорили Рубовы, я ее тоже вызвал, и пойду к Гавришиной, посмотрю, может, обыск придется сделать.

Забрав со стола прокурора дело, следователь вышел.

Когда из милиции принесли полуось, он показал ее Рубовым и Шустовой, но они не опознали. Шустова на допросе подтвердила показания Рубовой и описала приметы мешка, который взял и не возвратил ей Беляков.

Любовь Петровна Гавришина вдвоем с одиннадцатилетним сыном жила на окраине города, на Водовозной улице.

Глебов уже подходил к ее дому, когда заметил на противоположной стороне узенькой зеленой улицы разгороженный широкий двор, в углу которого около большой кучи каменного угля был свален всякий железный хлам.

Мелькнувшая у следователя догадка заставила его остановиться. «Что если?..»

Боясь поверить своей мысли, он перешел дорогу и, войдя во двор, подумал: «Ведь это рядом с домом Гавришиной, а Беляков часто бывал здесь…»

Двор примыкал к конюшне колхоза «Заря».