Антология советского детектива-46. Компиляция. Книги 1-14 (СИ)

— А остальные восемьдесят?

— А остальные из-за честности своей, совести. Но двадцать процентов, выходит, подавили свою плохую наследственность, чувствуешь? Вот оно как. И вот чего нам в первую очередь надо добиваться, я полагаю. Из преступившего закон сделать боящегося закона, а потом — уважающего закон. А вот из злого доброго — это мы сделать не можем.

— Конечно, — согласился Лосев. — Только заставить уважать закон — это тоже, я вам скажу, непросто. Не бояться, а уважать. Тут надо все-таки какую-то долю нравственности привить, чувства справедливости, совести.

— Верно, верно.

Все непросто. Однако надо. Никуда не денешься. А для этого, между прочим, мы сами должны в первую очередь пример показывать справедливости да совести. А всегда ли показываем? То-то и оно.

— Вот где гласность-то нужна, Федор Кузьмич, — запальчиво произнес Лосев. — А вы помните, насчет тех угнанных машин что говорили, когда корреспондент у нас был на прошлой неделе? Вы говорили, «это не для печати». Два работника милиции ночью остановили машину, убили водителя, а машину угнали. И таких три эпизода.

— Очень это наш престиж перед населением укрепит, по-твоему? — со злой иронией спросил Цветков.

 — Дали обоим высшую меру, и баста.

— А слухи?! — воскликнул Виталий. — Сколько слухов по городу пошло? Уже не два человека, а десять, уже банда целая якобы действовала. И не три эпизода, а двадцать три за ними было. Это что, укрепляет престиж, по-вашему? А само умолчание наше, думаете, не комментируется?

— Ладно, — угрюмо заключил Цветков. — Не наша это установка, не нам и обсуждать.

— А кому обсуждать? — не унимался Виталий. — Ох, Федор Кузьмич, сами рассказывали, до чего так дойти можно.

— Не бойся, умнее нас люди над этим думают. А нам жуликов ловить надо.

— Ну да. Нам жуликов ловить, другим сеять, третьим строить.

— Я про народ не говорю. А с нас спрос в десять раз больше.

— Так ведь милиция наша сама из народа, — усмехнулся Лосев. — Откуда же ей быть лучше его? Поэтому всякие люди у нас есть. Одних лучших не отберешь, лучшие всюду нужны.

— Всюду не так нужны, как здесь. Нам именем государства власть дана, какая-никакая, а власть. Это знаешь какой инструмент? То-то же. Ну ладно, Лосев, — вздохнул Цветков, — хватит.

Вечно с тобой влезешь в философию, — он решительно собрал со стола карандаши и сунул в деревянный стакан, как бы приступая к главному разговору. — Вернемся к делу, — решительно объявил он. — У тебя есть материал для беседы с этой Мариной?

— Думаю, есть.

— Ты пока до совести ее не добирайся. Думаю, глухо тут пока. Ты на ее собственную выгоду и невыгоду опирайся.

— Голова у нее сейчас задурена, — вздохнул Лосев не то сердито, не то сочувственно. — Врезалась, полагаю, в этого Валерку. И подойти к нему не дает.