Антология советского детектива-8. Компиляция. Книги 1-17

 — Он дал по телефону указание повесить без промедлений женщину, которая помогала партизанам. Упомянул слово «бургомистр». Сказал, что формальности в данный момент ни к чему…

Галина говорила бесстрастно, не окрашивая своей оценкой ни одну из мельчайших подробностей, которые запечатлела ее тренированная память. Таков был порядок. Весь смысл ее работы заключался именно в буквальной точности передачи всего того, что удавалось ей узнать, услышать, увидеть. Не раз бывало, что из ее информации одно лишь слово решало успех боевой операции. Ради этого она рисковала. И потому сначала факты, одни факты, потом, если понадобятся, ее предположения, впечатления, ее личное мнение.

Рябинин сопоставлял новые факты с тем, что ему было известно. За эти годы командование партизанским движением трижды присылало к нему разведчиц высшего класса. Галина талантливая. Сейчас ее информация особенно нужна. Ни словом, ни жестом он не мешал ей говорить.

— При мне фон Крейц застрелил пленного, — докладывала Галина. — Красноармеец так и не сказал, когда его полк прибыл на фронт. В машине барон проговорился, что едет к фон Крейцу за сведениями о подготовке наступления русских…

Это было главное.

Конечно, случайное знакомство Галины с бароном было редкой удачей. Оно сразу ввело ее в высший круг офицеров. Визит к начальнику абвера превосходит все ожидания. Фон Крейц — душа обороны укрепрайона.

— Потом явился Павлюк с радиограммой. При мне разговора не было, но я рискнула вернуться за сумочкой, — не меняя позы, глядя в угол, говорила Галина, и голос ее звучал мерно и ровно, не выдавая того, что пережила она в гостях у фон Крейца. Она должна последовательно изложить события, и она излагала их.

А нервы — это ее личное дело.

— Еще что, Галина Григорьевна? — спросил Рябинин, когда она умолкла.

— Все…

Рябинин по достоинству оценил серьезное сообщение Галины. Три таких разных по положению офицера вместе у топокарты — это явление исключительное. Значит, радиограмма, собравшая их вместе, тоже исключительная. Если прибавить, что барон ждал от полковника сведений о предстоящем наступлении, то… Он попросил ее высказаться. Она считала необходимым известить командование армии.

— О Павлюке что нового? — поинтересовался Рябинин, когда они закончили обсуждение главного вопроса.

— Пока неясно, — сказала Галина. — Фон Крейц начал рассказывать о нем, но барона шокировало мое знакомство с Павлюком. Он помешал, увел меня.

— А почему допрос велся при вас?

— Думаю, это проверка. Фон Крейц очень недоверчив."

"Рябинин был знаком с повадками начальника абвера и согласился, что фон Крейц не вполне поверил Галине. Однако только она могла довести дело до конца. Командование должно знать все.

Галина отрицательно покачала головой.