Бабочка под стеклом

Такой порывистый, такой настойчивый, а ещё тёмный. Марина когда глаза открывала, каждый раз поражалась этому. Смуглый, темноволосый, и от взгляда — дрожь по телу. Можно было бы подумать об опасности, если бы не то тепло, которое Марину не покидало, когда она рядом с этим мужчиной оказывалась. Он своим взглядом все тревоги из её души вытеснял, а решительность, с которой действовал, с ума сводила. Димка без конца пальцы в её волосы запускал, тёмные кудри ворошил, и Марине приходилось их рукой приглаживать, чтобы не мешали и в глаза не лезли. И старалась не мешать его рукам, когда они её тело изучали.

То, с какой неторопливостью Гранович это делал, немного смущало, особенно, когда взглядом с ним встречалась, но всё равно не мешала, наоборот, к себе его тянула, и только краем сознания, продолжала поражаться собственной неосторожности. В соседних комнатах дети спят, а она тут… а у неё личная жизнь образовалась, и она, как бы не старалась, Грановича оттолкнуть не сможет, у неё силы воли не хватит от него отказаться. Но ведь она ничего плохого не делает? У неё просто появилось немного времени для себя. Почему нет?

Марина на постели села, ноги на пол спустила и потянулась, чувствуя, как по телу приятная волна прокатывается.

Волосы руками в хвост собрала, заставляя их слушаться и в глаза не лезть, и тут же отпустила. Дима за её спиной зашевелился, и Марина оглянулась на него через плечо. Сейчас, сонный и уставший, он уже не выглядел таким настойчивым и опасным. Марина поневоле к нему потянулась, по груди погладила, чувствуя, как внутри всё замирает. Сглотнула.

— Ты куда? — спросил Гранович, а Марина руку от его груди убрала и из вороха одежды на полу выудила свою кофту.

— Детей проверю.

— Вернёшься?

Её руки на мгновение замерли.

— Не знаю, стоит ли. Не нужно детям знать, что я здесь… ночую."

"Дима ничего не ответил, на спину перевернулся и руку за голову закинул. А когда Марина решила встать, за руку её поймал.

— Марин, всё хорошо?

— Да, всё хорошо. — Всё-таки наклонилась к нему и быстро поцеловала. — Ты спи, я свет выключу.

А когда спустя несколько минут в своей постели оказалась, подумала, что многое бы отдала, лишь бы вернуться к Димке. Сейчас ей там было самое место, Марина это чувствовала, но это было бы полным безрассудством.

Опомниться не успеет, как окончательно голову потеряет, а этого допустить нельзя. Она взрослая женщина, и вести себя, как девчонка, права не имеет.

Но так хочется!..

На следующее утро, не смотря на то, что по субботам Дима на работу всегда уезжал, как обычно, рано, он вниз спустился только ближе к десяти. Антон, собираясь в школу, надеялся, что он его отвезёт, в нетерпении в сторону лестницы поглядывал, даже предложил Диму разбудить, но Марина запретила.