Бабочка под стеклом

А Марина вдруг подумала о том, какой у него хищный профиль. Взгляд пристальный, лицо суровое, такое чувство, что он постоянно какого-то подвоха от судьбы ждёт, но всегда готов отразить удар. Стеклов всегда, когда о нём говорил, добавлял, что его зам спец по решению всяческих проблем. Это чувствовалось, с первого взгляда. Он голову поворачивал, взгляд в сторону переводил, и во всём этом столько решимости чувствовалось. Марина на самом деле терялась в его присутствии. На Тому посмотрела, а та большие глаза сделала, ей отчего-то смешно было. К Грановичу приглядывалась и веселилась.

— Собрались, — подтвердила Марина. И с перепугу ляпнула: — А вы зачем приехали?

Дмитрий равнодушно пожал плечами.

— Решил сам проконтролировать процесс.

Марина не совсем поняла, о каком именно процессе он говорит. Он рядом стоял, и у неё непонятно почему мысли в голове путались, Гранович, его присутствие давило на неё. А ведь ей с ним жить в одном доме. Почему-то раньше она об этом не думала.

Марина даже обрадовалась, когда он на телефонный звонок отвлёкся. Без лишних раздумий через ещё несколько сумок перешагнул и ушёл на кухню, остановился у окна и руку в карман джинсов сунул. Осанка такая горделивая, наклон головы деловитый, тон суховатый и с нотками превосходства. Он реально отдавал кому-то приказы по телефону. Затем мобильный от уха отвёл и набрал другой номер.

Марина с Тамарой за угол заглядывать перестали, переглянулись между собой. Подруга головой покачала.

— Прямо внутри что-то… — начала она, а Марина за неё закончила:

— Дрожит.

Тома посмотрела удивлённо.

— Я хотела сказать, зашевелилось. А у тебя с какой стати задрожало? — Она подозрительно прищурилась, правда, глаза смеялись, и Марина поторопилась от неё отмахнуться. Ушла проверить, как дети справляются.

С вещами трое грузчиков справились быстро. Марина оглянуться не успела, а всё вокруг уже опустело, и теперь осталось только самим спуститься, где в машине их Михал Михалыч ожидал, совершенно не подгоняя. Грузовик с вещами уже уехал по новому адресу, а Марина по квартире ходила, проверяя, не забыли ли они чего. Она вряд ли сюда вернётся. Из кухни слышался голос Грановича, он до сих пор говорил по телефону, поражая своим рвением к работе. Проблемы какие-то решал, и даже грозился лично приехать. Таким тоном это сказал, что Марине поневоле жалко стало того человека, которому он это говорил. Она бы на его месте, сбежала, пока не поздно. Марина иногда на кухню заглядывала, с опаской на зама отца косилась, и жалела, что Тома на работу уже убежала, с ней было не так страшно, а наедине (дети не в счёт) с этим мужчиной она нервничала.